Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


§ 32. Объективная оценка смысла жизни

  Если принять допущение, что нам известны созидательные и разрушительные тенденции в данной реальности и соответствующие этим тенденциям смысложизненные ценности, то становится в принципе возможна объективная оценка смысла жизни индивида при условии, что нам известен этот смысл жизни, т. е. что мы имеем адекватное представление о нем. Чтобы составить такое представление, было бы естественно заглянуть непосредственно в душу человека, в его идеальный мир, но мы не можем этого сделать, поскольку этот мир не может предстать перед нами как открытая книга, мы не можем своими глазами прочитать в ней ни одной строчки, т.к. не можем стать «Я» этого человека, перевоплотиться в него, сделать его идеальный мир своим миром.
  Может быть сам человек способен открыть свою душу, рассказать о смысле своей жизни? Допустим, что мы имеем дело с искренним человеком, который, не кривя душой, старается, как на исповеди, поведать нам о смысле жизни. Что мы узнаем? Мы узнаем, как этот человек понимает, как он осознает смысл своего существования. Но осознание смысла жизни и сам смысл - это не одно и то же. Мы определили актуальный смысл жизни как совокупность таких жизненных ориентиров (ценностей), которыми индивид руководствуется в своей жизнедеятельности, но руководствуется - не значит осознает их такими, какие они есть, т.е. имеет об этих ориентирах адекватное представление. Зло в глазах индивида может выглядеть добром, а предательство - доблестью.
  Есть только один надежный способ составить более или менее верное представление о смысле жизни индивида - обратиться к его делам, его поступкам, его конкретной жизнедеятельности. Какой бы искаженной, порой до превратности, не была субъективная оценка индивидом феномена смысла жизни, его конкретная деятельность все же будет ни чем иным как «опредмечиванием» именно этого феномена, а не его субъективного образа. Недаром говорят, что о человеке надо судить не по его словам, а по его делам. Это полностью относится и к проблеме смысла жизни. При этом не следует забывать, что феномен смысла жизни, как и его субъективный образ, представляет собой явление идеального мира человека, его психики. Идеальное же вообще, именно как идеальное, не может выйти за пределы своего материального носителя - мозга и внедриться как некая бестелесная субстанция в движения органов и частей тела человеческого организма (глаз, языка, рук, ног и т. д.), из которых в конечном счете образуется вся деятельность человека по изменению внешнего мира, как природного, так и человеческого. Между идеальным (психикой) и деятельностью человека существует функциональная зависимость, благодаря которой деятельность содержит информацию о состоянии идеального (психики), т. е. является его символом. Именно символический характер этой деятельности позволяет познать идеальное, в том числе и феномен смысла жизни, не заглядывая в душу, не становясь «Я» другого индивида и не полагаясь на его собственную субъективную оценку своего идеального мира вообще и феномена смысла жизни в частности.
  Между конкретной деятельностью человека и идеальными смысложизненными ориентирами этой деятельности есть посредник, которым являются цели, которые ставит перед собой человек, прогнозируя и осуществляя свою деятельность. Конечно, не всякая цель имеет отношение к смысложизненным ориентирам, например, ничего общего с ними не имеют такие цели, как «перейти улицу», «выпить чашечку кофе», «поцеловать женщину» и т. д. Но среди множества различных целей, которые постоянно ставит перед собой человек, есть такие, которые определяют не только и не столько отдельный поступок, отдельное действие, сколько направление деятельности на более или менее продолжительный период : «покорить самую высокую горную вершину», «полететь в космос», «стать вором в законе», «получить высшее образование» и т.д. Это доминирующие в жизни человека цели, цели, которые можно охарактеризовать как жизнеопределяющие. Именно через такие цели раскрывается феномен смысла жизни, реализуясь в деятельности человека по их достижению.
  Психологический механизм целеполагания не является предметом философских рассуждений. В философском плане важно то, что формирование жизнеопределяющих целей всегда связано с определенной свободой выбора: если нет выбора - нет и цели, а есть слепая необходимость. Выбор жизнеопределяющих целей корректируется смысложизненными ориентирами (ценностями), независимо от адекватности их осознания индивидом. Это не значит, что индивид не может ставить перед собой цели, не совпадающие с его смысложизненными ценностями, но, оказавшись в такой ситуации, он рискует разделить судьбу канатоходца, балансирующего на грани нервного срыва. Искалеченная психика миллионов людей - одно из гнуснейших последствий тоталитарных режимов, жестко, если не сказать - жестоко, регламентирующих выбор жизнеопределяющих целей своих подданных.

 
© www.textb.net