Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


5. Наука и техника. Философия техники

  По данному вопросу весьма интересны размышления В.А. Канке. Становление современного человека, утверждает В.А. Канке, связано с усложнением и развитием феномена техники. Конечно, техника не сразу достигла своих нынешних высот. В доиндустриальном обществе техника выступала как искусное ремесло. Технические умения передавались от мастера к ученику в рамках ремесленно-цеховой организации. Эти умения, навыки, знания, являющиеся достоянием замкнутого круга лиц, чаще всего не получали высокой общественной оценки. Ситуация изменилась кардинальным образом в Новое время, когда общество в значительной степени начинает функционировать на машинной основе. Место мастера занимает инженер, наиболее компетентный в техническом отношении специалист. В отличие от техника, деятельность которого ограничивается обеспечением нормального функционирования технических устройств, инженер изобретает, использует научные методы, всесторонне развивает техническую парадигму.
  В.А. Канке отмечаете, что философия техники стремится объединить узкое и широкое понимание техники. Техника есть совокупность артефактов, создаваемых и используемых методами инженерной деятельности. В более широком понимании техника выступает как особый, технический подход к любой сфере человеческой деятельности. Технический подход находится во взаимодополнительном отношении с естественнонаучным подходом. В жизнедеятельности современного общества техника и технический подход имеют фундаментальное значение. Этим тривиальным обстоятельством объясняется необходимость философии техники.
  Наряду с феноменом техники существует феномен технологии. Что такое технология? Технологией называется совокупность операций по целенаправленному использованию техники. Технология выступает как развитие техники, достижение ею стадии системности.
  На этапе ручного труда, техника имела в основном инструментальное значение; технические инструменты продолжали, расширяли возможности естественных органов человека, увеличивали его физическую мощь. На этапе машинизации техника становится самостоятельной силой, труд механизируется. Техника как бы отделяется от человека, который, однако, вынужден находиться рядом с ней. Теперь не только машина является продолжением человека, но и сам человек становится придатком машины, он дополняет ее возможности. На третьем этапе развития техники, в результате комплексного развития автоматизации и превращения техники в технологию, человек выступает ее (технологии) организатором, творцом и контролером. На первый план выходят уже не физические возможности человека, а сила его интеллекта, реализуемая посредством технологии. Происходит объединение науки и технологии, следствием которого является научно-технологический прогресс, называемый часто научно-технологической революцией. Имеется в виду решительная перестройка всего технико-технологического базиса общества. Причем разрыв во времени между следующими друг за другом технико-технологическими перестройками становится все меньше. Более того, идет параллельное развитие различных сторон научно-технологического прогресса. Если «революцию пара» от «революции электричества» отделяли сотни лет, то современные микроэлектроника, робототехника, информатика, энергетика, приборостроение, биотехнология в своем развитии дополняют друг друга, между ними вообще перестает существовать какой-либо временной зазор.
  Несколько десятилетий назад техникой занимались в основном специалисты. Вклад техники в цивилизацию приветствовался. Казалось, что ее положительное значение неоспоримо. Когда же стало нарастать беспокойство по поводу последствий развития техники, резко возрос интерес к ее социальным аспектам. К изучению феномена техники подключились экономисты, социологи, антропологи, философы. В результате проблемы техники были переведены из разряда узкотехнологических в разряд междисциплинарных. Здесь весьма кстати философский инструментарий. В результате его использования и были выделены основные философские проблемы техники, часть из которых анализируется ниже.
  Начнем с рассмотрения вопроса о различении естественного и искусственного. Технические объекты, артефакты, как правило, имеют физико­химическую природу. Развитие биотехнологий показало, что артефакты могут иметь также биологическую природу, например, при специальном выращивании колоний микроорганизмов для их последующего использования в сельском хозяйстве. Рассматриваемые в качестве физических, химических, биологических явлений технические объекты в принципе не отличаются от природных явлений. Однако здесь есть большое «но». Хорошо известно, что технические объекты представляют собой результат опредмечивания человеческой деятельности. Иначе говоря, артефакты есть символы специфики человеческой деятельности. Следовательно, их необходимо оценивать не только с природной, но и с социальной точки зрения. Техника - это человек, но не в его непосредственном, а в символическом бытии. Факт символического бытия человека в его артефактах с философских позиций является, пожалуй, самым фундаментальным. Впрочем, нет оснований считать, что он изучается достаточно интенсивным образом.
  Наряду с вопросом о различении естественного и искусственного в философии техники часто обсуждается проблема взаимоотношения техники и науки, при этом, как правило, наука ставится на первое место, а техника на второе. Характерно в этом отношении клише «научно-техническое». Техника часто понимается как прикладная наука, прежде всего как прикладное естествознание. В последние годы все чаще подчеркивается влияние техники на науку. Все в большей степени начинает оцениваться самостоятельное значение техники. Философии хорошо известна такая закономерность: по мере своего развития «нечто» из подчиненного положения переходит в более самостоятельную стадию своего функционирования и конституируется как особый институт. Так случилось и с техникой, которая давно уже перестала быть всего лишь чем-то прикладным. Технический, инженерный подход не отменил и не вытеснил научные подходы. Техники, инженеры используют науку как средство в своей ориентации на действие. Действовать - лозунг искусственно-технологического подхода. В отличие от научного подхода он не охотится за знанием, а стремится к производству аппаратов и осуществлению технологий. Нация, не освоившая искусственно-технологический подход, страдающая избыточной научной созерцательностью, выглядит в нынешних условиях отнюдь не современной, а скорее архаичной.
  К сожалению, в вузовских условиях всегда проще реализовать естественно-научный подход, чем искусственно-технический. Будущие инженеры внимательно изучают естественнонаучные и технические дисциплины, причем вторые часто строятся по образу первых. Что касается собственно искусственно-технологического подхода, то его осуществление требует развитой материально-технической базы, которая во многих российских вузах отсутствует. Выпускник вуза, молодой инженер, воспитанный преимущественно на традициях естественнонаучного подхода, не овладеет должным образом искусственно-технологическим подходом. Неэффективное культивирование инженерно-технического подхода - одно из главных обстоятельств, не позволяющих России встать вровень с развитыми индустриальными странами. Эффективность труда российского инженера в несколько раз ниже эффективности труда его коллеги из США, Японии, ФРГ.
  Еще одна проблема философии техники - это оценка техники и выработка в этой связи определенных норм. Первоначально большой новостью была оценка представляющихся вторичными и третичными по отношению к техническим решениям социальных, этических и других гуманитарных последствий развития техники. Ныне все большее число экспертов по оценке техники указывают на необходимость преодоления применительно к технике парадигм фрагментации и редукционизма. При первой парадигме феномен техники не рассматривается системно, выделяется один из ее фрагментов. При второй парадигме техника сводится, редуцируется к ее природным основам. Выход из обеих ситуаций связан с систематической оценкой техники, сопоставлением альтернатив, предотвращением нежелательных технических действий. Оценка техники не может проводиться иначе, как с опорой на идеалы. Когда философы техники анализируют различного рода оценки техники, то они неизбежно обнаруживают идеалы, которые часто используются неосознанно. Философия техники выявляет эти идеалы. Технические проекты должны быть разумными, полезными, безвредными для человека, соответствовать истинно человеческому, их временные горизонты должны быть обозреваемыми. Следовательно, принимающий технические решения должен быть осмотрительным и осторожным, способным к опережающему отражению действительности. Но кто должен принимать технические решения? Политик, менеджер, эксперт? Очевидно, что именно последний наиболее компетентен в вопросах систематической оценки техники. Не менее очевидно, что в многосторонней оценке техники любой эксперт встречается с трудностями. Это ясно хотя бы из того, что в междисциплинарных исследованиях одиночке трудно добиться успеха. В силу обстоятельств экспертом в области техники обычно является коллективное лицо, коллективный орган, который может функционировать как в государственных, так и в негосударственных структурах. Эксперт по вопросам техники в силу необходимости использования разнообразных знаний тяготеет к философии, к философским обобщениям. Он и есть философ, но не просто философ, интересующийся исключительно проблемами максимальной общности, а философ техники, представитель особой философской дисциплины - философии техники. Современная философия приобретает все более технический характер.
  В оценке феномена техники существует множество подходов, рассмотрим некоторые из них. Согласно натуралистическому подходу, человеку в отличие от животных недостает специализированных органов, поэтому он вынужден компенсировать свои недостатки созданием артефактов. Согласно волевой интерпретации техники, человек реализует посредством создания артефактов и технологических цепей свою волю к власти. Это имеет место как на индивидуальном, так и особенно на национальном, классовом и государственном уровнях. Техника используется господствующими в обществе силами, и, следовательно, она не является нейтральной в политическом и идеологическом отношениях. Естественно-научный подход рассматривает технику как прикладную науку. Жесткие логико-математические идеалы естественно-научного подхода смягчаются в рациональном подходе. Здесь техника рассматривается как сознательно регулируемая деятельность человека. Рациональность понимается как высший тип организации технической деятельности и в случае ее дополнения гуманистическими составляющими отождествляется с целесообразностью и планомерностью. Это означает, что в научное понимание рациональности вносятся коррективы социокультурного порядка. Их развитие приводится к этическим аспектам технической деятельности, которые заслуживают особого обсуждения.
  Техника и этика. Информационный терроризм
  При анализе данной проблемы следует внимательно изучить работу доктора философских наук, профессора Поликарпов В.С., доктора философских наук, профессора Поликарпова В.А. в работе «Этика и технология в начале XXI века».
  «На протяжении последних десятилетий в специальной литературе идет обсуждение этических проблем использования компьютерных технологий в деятельности человека. Понятно, что компьютерные технологии влияет не только на функционирование экономики, но и на духовную жизнь. Какое же воздействие оказывает она на человеческое сознание и мораль? Может ли переложить человек ответственность за совершаемые действия и принимаемые решения на компьютеры? Каким этическим оценкам подлежит компьютеризированная деятельность? Все эти вопросы требуют этического и философского осмысления. Традиционная точка зрения исходит из того, «что компьютеры представляют собой рабочее средство, созданное человеком, дабы преодолеть границы своего интеллекта, т.е. чтобы расширить человеческие возможности и лучше овладеть и управлять объективными процессами». Эта позиция подкрепляется следующей аргументацией, исходящей из значимости роли человека в общественной практики, где первостепенную важность имеют процессы принятия решений. Некоторые звенья этих процессов человек может реализовывать благодаря применению интеллектуальных систем, когда подлежащие решению ситуации поддаются программной реализации. К ним относятся сравнительно простые ситуации, хорошо описывающиеся математическими моделями, что позволяет делегировать принятие решений компьютерам. За человеком в этом случае остаются лишь творческие функции, однако в сложных ситуациях такое программирование невозможно.
  Человек работает с компьютером в диалоговом, интерактивном режиме, и наиболее эффективны в этом случае экспертные системы. Используя алгоритм и исторический опыт экспертов в различных областях, можно вырабатывать эффективные решения за относительно короткое время. Так как не все ситуации допускают алгоритмическое решение, особенно ситуации уникальные, сугубо индивидуальные, постольку модели компьютерных решений оказываются ограниченными. Следовательно, человек должен сам принимать решения и нести за них ответственность, в том числе и моральную ответственность. Ведь моральные поступки и оценки не поддаются оптимизации и формализации, ибо они связаны с категориями добра и зла, идеологии, социальных и личностных отношений, в которых оценки, воля, эмоции, противоречия между субъектом и объектом и т.д. постоянно меняются, приводятся в соответствие с меняющимися целями. Таким образом, ответственность за решение в этих ситуациях остается прерогативой человека: «О моральной ответственности субъекта или коллектива речь идет тогда, когда реализуются осознанные или неосознанные духовные ценности». Так как компьютеры не оперируют подобными категориями, то на них нельзя возложить моральную ответственность. К тому же компьютерные программы, насчитывающие десятки тысяч строк, с технической точки зрения, не могут быть надежными и хорошо контролируемыми. Технические катастрофы последних десятилетий свидетельствуют, что передача ответственности технике не оправдана и чревата тяжелыми последствиями.
  Поскольку научно технический прогресс привел к появлению информационного общества, в котором информация является главным фактором управления современным миром и основным инструментом власти, постольку информация является основным источником воздействия на политику. Поэтому очень часто террористические акты имеют политическую окраску, ибо при их помощи пытаются «восстановить справедливость», выдвигая политические требования (политический информационный терроризм). Объектом террористического акта может быть и личность, и общество, и целое государство, и другие социальные объекты системы. В этом случае информационный терроризм квалифицируется как социальный терроризм. Разумеется, в зависимости от того, что берётся за критерий, информационный терроризм можно классифицировать по разному.
  В теории и мировой практике известны три основных вида информационного терроризма: «внутренний - соответствующие действия граждан против соотечественников на территории одного государства; транснациональный - соответствующие действия граждан одного государства против соотечественников на территории иностранного государства; международный - соответствующие действия групп граждан, единых или смешанных по национальному составу, против любых лиц на территории различных стран». Международный информационный терроризм является глобальной угрозой для государств с развитой информационной инфраструктурой. Благодаря всеобщей компьютеризации можно парализовать работу практически всех социальных объектов; тому же, что является самым страшным, получить доступ к воздействию на военные объекты, ибо это может привести к необратимым последствиям. В тех случаях, когда информационное оружие прямо или опосредованно используют во вред психики человека (или социальной группе), то речь можно вести об информационно - психологическом терроризме.
  Внутренней структурой информационного терроризма является сам процесс его протекания, то есть совокупность устойчивых связей, обеспечивающих сохранение и функционирование его основных элементов. Успех деятельности террористов во многом определяется эффективностью взаимодействия этих элементов. Среди них можно выделить:
  1) организационно-управленческую деятельность: руководство и планирование операции; обучение и переподготовка террористов; изучение опыта деятельности других террористов; установление и поддержание связей с партийными, общественными и государственными структурами;
  2) деятельность по подготовке и материально-техническому обеспечению; подбор, создание и охрана мест укрытия;
  3) информационно-разведывательную деятельность; вербовка членов организации;
  4) непосредственное исполнение операции.
  Внутренняя структура информационного терроризма почти зеркально отражает внутреннюю структуру обычной части специального назначения. Это свидетельствует о большой опасности и значительных трудностях борьбы с данным явлением.
  Информационный терроризм имеет внешнюю структуру, которая «служит формой, «оболочкой» этого явления и характеризует главное - условия и причины его возникновения и развития». Первым элементом является субъект террористической деятельности - физическое лицо, организация физических лиц, при этом уровень их «сплоченности» может быть различным. Индивиды могут быть связаны с государством, то есть состоять на государственной службе в специальных подразделениях, или действовать под руководством и контролем государства, по его заданию - это государственный информационный терроризм. Отдельные группы лиц могут выступать самостоятельно - организованный информационный терроризм. Но на практике в информационной сфере встречаются террористы-одиночки, способные действовать на свой страх и риск - так называемый «аффективный терроризм». Вторым элементом является мотив террористической деятельности, то есть потребность в различных преобразованиях. Он может отражать интересы отдельных индивидов, организаций, социальных слоев и государства в целом. В основе мотивов могут лежать политические, идеологические, социальные или экономические противоречия. Вместе с тем мотивы на практике чаще всего бывают более сложными, например, социально-политическими, социально­экономическими, и т. д.
  Третьим элементом является конечная цель: во-первых, изменение порядка функционирования объекта посягательства: дезорганизация работы и управления; срыв мероприятий, имеющих важное значение; во-вторых, осуществление выгодных террористам тех или иных действий (или бездействия), получение различных уступок; в-третьих, морально­психологическое подавление или ослабление «противника»: возникновение паники; дестабилизация социальной обстановки; в-четвертых, месть за негативную реакцию, агрессивные действия противоборствующей стороны путем привлечения внимания общественности к сути конфликта. Четвертым элементом является арсенал средств, употребляемых террористами. Сейчас они используют компьютерные вирусы «общего и специального назначения, адаптированные к работе в конкретных электронных компьютерных сетях по определённым протоколам (программы, проникающие извне и разрушающие систему)»; логические бомбы - «недокументированный аппаратный набор (микросхема, чип и т. д.), тайно внедряемый в компьютер на этапе заводской сборки, который при активизации парализует работу компьютера»; электронные шпионы «общего и специального назначения, адаптированные к работе конкретных электронных компьютерных сетях по определённым протоколам (программы, проникающие извне и производящие незаметный для пользователя сбор служебной системной и непосредственно личной информации)» и др. Как ни парадоксально, но прогресс в науке и технике только помогает увеличению разнообразия их арсенала.
  Из каких бы высоких морально-этических целей что-то не создавалось всегда может найтись «злой гений», который повернет это открытие против людей, руководствуясь личными интересами. Практика свидетельствует, что «в выборе средств реализации преступных замыслов для террористов не существует никаких ограничений - ни материальных, ни моральных». Пятым элементом является такой объект террористической деятельности, как общественные отношения: с этим объектом тесно связан предмет информационного терроризма, то есть «его собственная материальная сущность». Это значит, что информационный терроризм наносит удар прежде всего по сути человека, ядром которой является совокупность этических ценностей и принципов, по отношению между индивидами, скрепляемых эфемерными этическими связями. Именно эти эфемерные этические связи обеспечивают выживаемость социума и его нормальное функционирование. Информационный терроризм стремится к уничтожению этих этических связей, что означает распад социума и исчезновение самого человека. Это связано с сущностью самого современного терроризма, которая квалифицируется следующим образом: «Терроризм сегодня - это глобальные интересы производителей и торговцев наркотиками и оружием, его цель - установление контроля за потоками того и другого плюс иногда попытка взять под контроль энергетические ресурсы. В конечном счете это опять борьба за власть, но не за публичную, а за реальную. Терроризм сегодня борется не за чье-либо счастье, как утверждали когда-то его вдохновители, а за безнаказанность зла». Использование современным терроризмом информационных технологий для достижения своих аморальных целей вполне логично, ибо общество нам Западе уже стало информационным, в России оно становится таковым.
  Информационный терроризм использует достаточно эффективно и современные телекоммуникационные технологии, воплощенные прежде всего в Интернете. Резкая интенсификация коммуникационных процессов вследствие широкомасштабного использования компьютерных технологий привела к образованию принципиально новых каналов влияния на социально - политическое и экономическое развитие общества. С появлением Интернета возникла новая, универсальная интерактивная информационная среда.Интернет обычно характеризуют как глобальную информационно - компьютерную сеть, однако, правильнее было бы рассматривать его как частный случай глобальных кибернетических систем: «В отличие от компьютерной информационной сети, которая выступает лишь транслятором данных, кибернетическая система способна оказывать активное воздействие на процессы, протекающие во внешней (внесистемной ) среде». Ведь Интернет не только служит пространством для разнонаправленных информационных потоков, но и создаёт возможности дистанционного управления объектами, в том числе материальными, обладает определённой внутренней структурой, элементами самоорганизации, интегрирует в себя аппаратные средства, системы коммуникации, людей (пользователей, операторов) и информацию. Иначе говоря, потенциал Интернета как инструмента управления глобальными и локальными процессами гораздо выше, чем может показаться на первый взгляд».
  Человек в информационном обществе
  Общепризнанно, что наиболее развитые страны в настоящее время функционируют в качестве информационных обществ. В такого рода обществах социально-экономические успехи и сдвиги зависят в первую очередь от производства, переработки, хранения, распространения среди членов общества информации, развития информационной технологии.
  Первой основой информационной технологии является рационализация. Компьютеризация общества, прежде всего, выступает как его всемерная рационализация, организация деятельности человека в соответствии с целесообразностью. Истоки рациональности вынуждают вспомнить имена выдающихся философов Нового времени, прежде всего, Лейбница и Декарта. Норберт Винер писал: "Если бы мне пришлось выбирать в анналах истории наук святого - покровителя кибернетики, то я выбрал бы Лейбница". Лейбниц - философ, физик, математик, техник, языковед, логик. Объединяя достижения многих наук, он строит уникальную для своего времени счетную машину. Ссылкой на Лейбница мы желаем подчеркнуть, что истоки информационной технологии восходят к идеям философии Нового времени, впрочем, для их развития понадобились века.
  Второй необходимой базой информатизации общества выступает развитой изоморфизм. Изоморфизм - это соответствие между объектами и процессами различной природы.
  Становлению информационной технологии предшествовал целый ряд успехов по развитию идеи изоморфизма. Были найдены параллели изоморфного типа между разделами математики, между математикой и логикой, между логикой и языкознанием, между мозговыми процессами и языком, между системами алгебры и логики и техническими системами. Информационная технология выступает как система изоморфизмов, простирающаяся от интеллектуальной деятельности человека до намагничиваний и размагничивании в элементах ЭВМ. Сам факт изоморфизма часто вызывает изумление, кажется невозможным его существование. Неужели ЭВМ изоморфна человеческому мозгу? Между тем изоморфизм существует. Таков уж наш мир, что в нем достаточно много изоморфных связей. Лишь в своей природной основе они имеют естественный характер, чаще же они являются своеобразными следствиями культивирования человеком своей символической деятельности. Зачем человеку считать самому, если он может поручить это машине, что позволит ему сэкономить главный ресурс своего будущего - время. ЭВМ считает для человека, она делает то же, что и он, но в символическом виде.
  Третьей необходимой базой информационной технологии является развитие техники. Думается, это положение не нуждается в пространном доказательстве. Информатизация стала явью лишь там, где была развернута мощная материальная база по производству вычислительной техники.
  Наконец, информационная технология требует определенных экономических, социальных и политических институтов. В обществе с неразвитыми идеалами свободы и демократии широкое распространение информационной технологии в принципе невозможно. И ясно почему. Информационная технология предполагает неограниченный доступ пользователей к банкам данных, обмен разнообразной информацией, быстрое принятие и осуществление практических решений. Но все это отсутствует в недемократических странах.
  Итак, становление и развитие информационной технологии оказалось возможным благодаря комплексу научных, технических и социально­политических достижений. Став одной из господствующих сил, информатизация общества привела к глобальным научным, техническим, социальным, этическим и другим последствиям; видимо, грядут еще более масштабные изменения. С последствиями и перспективами, как желательными, так и нежелательными, компьютерной революции - заметим, что специалисты выделяют несколько, обычно три, компьютерные революции,- читатель может ознакомиться в специальной литературе. Мы же отметим лишь главный философский результат преобладания в обществе информационной технологии. Он заключается в доминировании не искусственно-технического, а информационного подхода.
  Выше уже отмечалось, что техника принесла с собой новый, искусственно-технический подход, чуждый созерцательности рафинированного естественно-научного подхода. В информационном обществе на первый план выходит информационный подход. Его рассматривают обычно как дальнейшее развитие искусственно-технического подхода, не выходящим за его пределы. Если это даже и так, то тем не менее информационному подходу присущи вполне определенные особенности. Суть в том, что достоинства информационной техники не определяются ее вещественно-энергетическими характеристиками, как это имеет место в случае большинства привычных нам артефактов типа архитектурных сооружений, самолетов, автомобилей. В центре информационного подхода находится не энергия, не вещество, а информация, ее потоки, короче, информационная технология. Всякая техника всегда символизирует человека. В полной мере это относится и к информационной технике. Но в информационной технике этот процесс символизации более сложен, он двухступенчатый по своему существу. Инженер понимает, что на пути к информационной технике он вначале - другого пути нет - должен «засимволизироваться» в вещественно-энергетическом смысле, а затем, на уже созданной базе, провести еще одну символизацию, уже непосредственно информационную.
  В основе механизма символизации информации находятся два факта фундаментальной значимости. Факт первый: информация как мера неоднородности исходно данных объектов может быть воспроизведена в элементах ЭВМ. Факт второй: обработка информации есть некоторая форма вычислительного процесса, причем независимо от того, имеет ли он место в элементах компьютера или же в голове человека. Два указанных факта вместе означают, что в пределах информационной изоморфности компьютер и человек тождественны друг другу. Благодаря неустанным заботам человека эта область изоморфности постоянно расширяется, в очередной раз посрамляя относящихся с опаской к информационной технологии скептиков и, напротив, радуя компьютерных оптимистов. Компьютеры играют в шахматы, доказывают теоремы, проектируют, переводят тексты с одного языка на другой, общаются с человеком на естественном языке (интерфейс). Успехи компьютеризации показывают, что едва ли не абсолютное большинство происходящих в мире процессов рационально, т.е. при наличии соответствующих программных и аппаратных средств их можно «посчитать, вычислить». В связи с этим вполне естественно возникает вопрос о проблеме так называемого искусственного интеллекта.
  Когда стремятся подчеркнуть различие компьютера и человека, то чаще всего указывают на неспособность компьютера оперировать универсалиями и целостными образами, чувствовать и любить, моделировать бессознательную интуитивную и творческую деятельность человека, понимать историко­культурный контекст явлений. На это компьютерные оптимисты отвечают, что нет таких присущих человеку интеллектуальных процессов, которые были бы принципиально непереводимы на язык вычислительных операций. Компьютерным оптимистам и компьютерным пессимистам нелегко прийти к общему мнению. Нам представляется вполне очевидным - в этом вообще мало кто сомневается,- что будущее принесет информационным технологиям новые успехи. В то же время в соотношении человек - компьютер ведущей стороной выступает человек, именно человек символизирует себя в информационной технологии, а не компьютер правит человеком. Компьютер, подобно человеку, владеет информацией, он, вполне возможно - по крайней мере, согласно некоторым концепциям,- понимает человека, но во всех случаях он выступает системой, символически изоморфной человеку, не более того. В широком философском смысле не человек - символ компьютера, а наоборот, компьютер - символ человека. Пока нет сколько-нибудь серьезных оснований утверждать, что асимметричность соотношения человек - компьютер будет когда-либо нарушена. Таким образом, компьютеризация оставляет машине машинное, человеку человеческое.
  Развитие информационных технологий ставит перед человечеством массу новых проблем, прежде всего по философскому осмыслению информационного образа жизни и содержания информационного подхода. Сам по себе информационный подход не есть панацея от бед человечества. Широкое использование компьютеров рационализирует деятельность человека, расширяет доступ к информации, способствует быстрому росту компетенции специалистов, позволяет достичь многочисленных положительных экономических эффектов. Но вместе с тем компьютерная революция может приводить к снижению индивидуального начала и общекультурного уровня специалистов, изоляции индивидов, усилению - с использованием банка данных - манипуляции людьми, дегуманизации труда. Чтобы этого не случилось, необходима целенаправленная философская работа, которая не позволила бы подвергнуть забвению гуманитарную составляющую информационного подхода. Наиболее значительными в этом смысле являются этические проблемы, ибо именно в них запросы человека получают свое пиковое выражение.

Темы рефератов и докладов

  1. Наука в истории общества.
  2. Диалектическая взаимосвязь науки и техники.
  3. Роль научной картины мира в познании и в формировании мировоззрения.
  4. Современная научная картина мира.
  5. Новые подходы в философии техники.

Литература

  1. Бернал Дж. Наука в истории общества. М., 1956.
  2. Ивлиев В.А. Практикум по философии. Таганрог. 2002.
  3. Ильенков Э.В. Диалектическая логика. М., 1984.
  4. Лекн Х. Размышления о современной технике/Пер.с нем. под. ред. В.С. Степина. М., 1996.
  5. Кара-Мурза. С.Г. Социальные функции науки в условиях кризиса// Социально-гуманитарные знания. 2003. №4.С.45-63.
  6. Кун Т. Структура научных революций. М., 1975.
  7. Левикова С.И. Место техники в системе ценностей молодежной культуры//Общественные науки и современность. 2001 №4.
  8. Митчем К. Что такое философия техники? М., 1975.
  9. Стеклова И.В. Наука среди форм познания//Социально- гуманитарные знания. 2003. №1.С.94-105.
  10. Поликарпов В.С. Введение в философию. Уч. пос. для студ. техн. вузов. Ростов-на-Дону - Таганрог. 2003.
  11. Поликарпов В.С. История науки и техники. Ростов-н-Д., 1999.
  12. Поппер К. Предположения и опровержения: Рост научного знания. М., 2004.
  13. Розин В.М. Философия техники: от египетских пирамид до виртуальных реальностей. М., 2001.
  14. Современная философия науки: Хрестоматия. М., 1994.
  15. Соколов Э.В. Четыре «науки» XXI века//Человек. 2001. №4.
  16. Степин В.С., Горохов В.Г., Розов М.А. Философия науки и техники. М., 1995.
  17. Хабермас Ю. Будущее человеческой природы. М., 2002.

 
© www.textb.net