Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


Культура. Цивилизация. Ценности

  Говоря о культуре, как о системе, нередко подразумевают совокупность элементов и их связей. Применительно к структурированию культуры сразу и возникает вопрос: элементов и связей чего и каких? Одно дело, если культура трактуется как совокупность способов и продуктов человеческой деятельности, преобразующей природу и самого человека . Тогда элементами культуры и окажутся эти способы и продукты. Другое дело, если культура - это: «совокупность прогресса человека и человечества во всех областях и направлениях при условии, что этот прогресс служит духовному совершенствованию индивидов как прогресса прогрессов». Элементами культуры в таком случае будут некоторые моменты прогресса человека и человечества. Не все, а те, которые служат духовному совершенствованию индивида. Разное понимание культуры задает различия в ее возможном структурировании, в подходах к ее познанию.
  Когда читаешь книги или статьи, посвященные культуре, ее истории, довольно часто возникает ощущение, что употребление термина «культура» позволяет авторам писать о чем угодно и каждому о своем. Настораживает то, что при этом становится неясным - действительно ли культура то, о чем некоторые пишут: об образовании, о науке, иногда о технике, почти всегда об искусстве, нередко о традициях, о преступности, и еще много о чем. Культурой оказывается все в жизни человека и человечества, все без разбора. А.С.Кармин например, рассуждая о недостатках аксиологической трактовки культуры, пишет: «Сведение культуры только к ценностям ведет к исключению из нее таких явлений, как преступность, рабство, социальное неравенство, наркомания и многое другое. Но ведь из песни слова не выкинешь: подобные явления постоянно сопровождают человеческое бытие и играют в нем немаловажную роль». Да, конечно, если культура есть все то, что сопровождает человеческое бытие и немаловажно для него. Но, кто сказал, что это и есть культура. Что именно культурой являются наркомания, пытки, массовые и изощренные убийства и т. д. и т. п.? Парадоксально, но если так, то с культурой, с феноменами культуры надо бороться. И вообще, почему в понятие «культура» попадает все, что составляет жизнь человека и общества? Зачем тогда особый термин? У него остается только один смысл в таком случае. Все, что не природа - есть культура. Вряд ли это так. При этом специфичность культуры «размывается». Культура, следовательно, может быть бесчеловечной, античеловечной. Тогда, как ни странно, в ее составе надо выделить то, что следует сохранять и развивать, а что стоит уничтожить. Если, повторяю, вся жизнь человека и общества и есть культура, то термин становится вторым обозначением жизни человека и общества, и ничего более.
  Действительно, всеми, кто пишет о культуре, удерживается древнеримское противопоставление понятий «cultura - natura» (природа), при котором культура и есть то, что не природа. Однако уже у римлян в понятии «культура» были существенные дополнительные значения. Под культурой понимались не просто то, что не природа, а нечто возделанное, улучшенное, усовершенствованное, в том числе и человеческие качества, то, что возвышало человека над необработанной природой, дикостью, варварством. Эти значения слова культура удерживаются и сегодня в его обыденных употреблениях и у тех исследователей, которые считают неправомерным сведение сущности культуры только к ее надбиологичности. Далеко не все в жизни человека и общества, в способах и продуктах человеческой деятельности, относится к культуре. Для обозначения остального есть другие понятия и термины, в том числе и близкие по содержанию к понятию «культура». Именно таково слово «цивилизация». И хотя оно употребляется порой в качестве синонима слова «культура», человек культурный и человек цивилизованный, это по- видимому, все же не одно и то же.
  Понятие «цивилизация» исходно связывалось с гражданственностью, государственностью (от лат. civitas). В то же время, в Древнем Риме этим понятием характеризовалось отличие античного общества от варварского окружения. В эпоху Просвещения и в XIX веке слово цивилизация постепенно стало обозначением высшего, в отношении к дикости и варварству, уровня развития человека и общества. И цивилизованность зачастую отождествлялась с культурностью. Но исследования культурологами древних культур уже в XIX веке поколебали представления о культурном превосходстве так называемых цивилизованных народов над нецивилизованными. В веке ХХ цивилизацию некоторые ученые стали рассматривать как момент «загнивания» (О.Шпенглер) культуры. Появились мнения о резкой противопоставленности культуры и цивилизации, вплоть до взаимоисключения.
  При размышлениях о цивилизации и культуре по-видимому, во- первых, надо учитывать исходные смыслы этих понятий, не сводя, однако, все их содержание к этим смыслам, как и к тем, которые временно придавались им в последующие исторические периоды. Важно ведь и то, каково их современное содержание, так сказать в привычном употреблении. То есть, то, что мы имеем ввиду, произнося слова «цивилизация», «цивилизованный», «культура», «культурный». И уже исходя из этого, прослеживать развитие каждого из обозначаемых такими терминами феноменов.
  Во-вторых, вряд ли следует резко противопоставлять одно другому, цивилизацию - культуре, и, уж тем более, отождествлять то и другое.
  И в-третьих, наверное надо отказаться от представлений, согласно которым культура появляется вместе с возникновением первых человеческих сообществ, а цивилизация значительно позже, то есть от противопоставления последней - дикости и варварству, считающихся этапами существования культуры.
  Дело в том, что явления, называемые цивилизацией (и цивилизованностью), культурой (и культурностью), обнаруживаются в самой глубокой древности. Рассматривая период антропосоциогенеза, время становления человека и общества, и даже эпоху первобытности, очень трудно, однако, отделять одно от другого, вычленить нечто собственно цивилизованное или культурное. Сложно определить моментом цивилизованности или культурности стало, например, табуирование. Санислав Ежи Лец спрашивал: если людоед ест ножом и вилкой, - это прогресс? Наверное, прогресс, но чего? Культуры? Сомнительно. А.Швейцер, все-таки справедливо ввел ограничительное условие: к культуре относится не любой прогресс, а лишь тот, что «служит духовному совершенствованию индивидов». Для определения чего-то как момента цивилизованности (того же людоедства с ножом и вилкой) такое ограничение не обязательно. Достижения цивилизации могут не только использоваться, но и создаваться с античеловечными целями. И это касается любых эпох. Вообще непонятно, почему, к примеру, появление машин относят к достижениям цивилизации, а «изобретение» простейших орудий к культуре? Разве лук и стрелы не цивилизовали человечество? Разве открытие искусственного добывания огня оказало менее цивилизующее действие, чем открытие электричества? И окультуривающее тоже, ибо цивилизация сама по себе не античеловечна. Ее отличие от культуры не в том, что она губительна, а культура прекрасна.
  Возможно правы те, кто из критериев цивилизации (и цивилизованности) особо выделяет ее «практицизм», которым не отличается действительная культура и тем более культурность. Под достижениями цивилизации, во всяком случае сейчас, мы недаром разумеем то, что создается для человеческой пользы, комфорта, удобства и то как это создается (техника, технологии, изобретения и т. д.). Понятно почему полезны машины или такое общественное устройство как государственная власть. Но очень трудно, если не невозможно, сказать для чего «создаются», скажем, совесть, деликатность, такт, терпимость и т.д. Конечно, культура тоже обеспечивает нечто, порождая духовное богатство. Но видимо культуру нельзя рассматривать в качестве средства для чего-то. Действительная внутренняя нравственность никак не практична, хотя безнравственные люди используют, например, чье-то благородство.
  А вот мораль, как общественные нормы, - ближе к цивилизованности: это обществу удобно, и только опосредованно нужно индивиду. Хорошо, когда то и другое совпадает. А если нет? Не случайно выражение «моральная культура» некорректно, «не звучит», а вот «нравственная культура» - звучит нормально.
  При этом, одно с другим тесно связано, как и вообще цивилизация и культура. То, что мы именуем цивилизацией создает возможности для бытия, развития, обогащения культуры. Взять хотя бы появление письменности, кино и т.д. и т.п. Кроме того, в каких-то отношениях цивилизованность и культурность могут совпадать и совпадают-таки. Те же нормы морали могут быть внутренне усвоенными, пережитыми, стать для человека до известного предела своими и проявляться в их соблюдении как «культурность», в качестве реализуемых ценностей культуры: добра, справедливости, милосердия, деликатности. Ведь эти нормы, во всяком случае многие из них, утверждаются в обществе в результате неких «прорывов», изменений в культуре. Когда, скажем, начинает осознаваться ценность человеческой жизни и призыв «не убий» наполняется гуманистическим ценностным смыслом, а не только прагматическим.
  Вообще, то, что достижения цивилизации зачастую используются против человека и человечности, свидетельствует не о порочности цивилизации, и тем более - цивилизованности, а как раз о низком культурном развитии человечества (или конкретного общества). Об этом следует напомнить в современной России, где цивилизация и цивилизованность часто трактуются как нечто противопоставленное культуре. Ополчаясь на цивилизацию западного типа, зачастую вместе с водой выплескивают и ребенка. Дело-то обстоит не так, что мы сохраним самобытную русскую культуру только если откажемся цивилизоваться на «западный манер». Потому что никакой особой русской или американской, или африканской цивилизованности не существует. Пренебрежение же к достижениям цивилизации опасно. По-видимому, нам как раз следует поменьше хвастаться своей, слабо реализуемой в обычной жизни, духовностью. И попытаться размыслить, как, не утратив возможностей духовного развития, все же цивилизоваться. Отсутствие достаточной цивилизованности, не только материально-вещной, но и политической, правовой, создает дополнительные трудности в развитии культуры и культурности. Понятно, что никакая цивилизованность сама по себе культуры не обеспечивает (и с ножом и вилкой можно остаться людоедом). Но недоцивилизованность - тоже не подарок. Она ведет к тому, что культура, если и не умирает, то едва живет, только «вопреки», спасаясь от невыносимого бытия и донкихотствуя в борьбе с ним.
  Далее: размышляя уже собственно о культуре, важно различать разные представления о ней и само ее бытие, хотя и представления во многом определяются ее наличием (или отсутствуем) и характером. На это следует обратить внимание потому, что представления о культуре, сложившиеся и распространенные в России, при всей их множественности и видимых различиях, - достаточно традиционны и, в сущности, не очень разнообразны. И главное, они странно соотносятся с реальностью бытия культуры. В нашем отечестве к культуре привыкли относить в общем то, чем в государстве занимается министерство культуры и, отчасти, министерства (комитеты) науки и образования. Это - так называемая «народная культура» и вообще традиции, наука, искусство, просвещение (образование) и, несколько сбоку, - спорт (физическая культура). Иногда еще - правила поведения в обществе, грамотность, в том числе речевая. Безусловно, в то же время, слово «культура» ассоциируется с духовностью, духовным богатством общества и человека. Но и суть и выражение этого духовного богатства видят прежде всего в произведениях искусства, достижениях науки и техники, просвещенности, образованности. Аргументы тех, кто писал и пишет о богатстве «советской» культуры в основном сводятся к тому, что мы: «делаем ракеты и перекрыли Енисей, а также в области балета мы впереди планеты всей» (В.Высоцкий). К этому обычно добавлялась гордость за то, что СССР был (считался в СССР) - самой «читающей» страной в мире.
  В этой стране, правда, очень много говорили и говорят о морали, о которой заботились настолько, что дело дошло до разработки морального кодекса строителя коммунизма. Но мораль с культурой, бескультурье с безнравственностью не связывались непосредственно. Симптоматично, что до сих пор феномен нравственной культуры осмысляется (если осмысляется) этиками, а не культурологами, и к министерству культуры имеет столь же отдалённое отношение, как и верования, поиски истины и смысла жизни. Даже ведущие специалисты-культурологи, разрабатывавшие новый (2000 г.) государственный образовательный стандарт для направления 520100 и специальности 020600 - культурология, видимо сочли все касающееся нравственной культуры неважным. Ибо слова «нравственная культура», «нравственность», «этика», «мораль» (и соответствующие учебные дисциплины и курсы) в госстандарте отсутствуют. Зато в нем много внимания уделено искусству, которое, однако, представлено весьма странно. Искусством (по устаревшей традиции) оказывается только искусство изобразительное. Литература (не искусство?) обозначено отдельно, но хотя бы есть. А вот о музыке, кино, театре, телевидении нет и упоминания, хотя музыка в жизни и культуре современности значима гораздо более, нежели живопись или искусство. А кино уже В.И.Ленин, еще ничего не знавший о телевидении, называл «важнейшим» из всех искусств.
  В госстандарте, в отношении содержания теории и истории культуры, культурной антропологии, культуры повседневности и т.д., - речь идет о чем угодно (о формах обмена и общения, языке, модной гендерной проблематике), и, повторяю, - ни слова о нравственной культуре, нравственных ценностях. Если выделены как отдельные дисциплины - политология, правоведение, эстетика, история религии, то этика оказалась ненужной. Разумеется, возникает вопрос о том, что же составители госстандарта понимают под культурой и ее ценностями.
  Все вышесказанное выводит к тому, что, рассуждая о культуре, определяя характер ее изучения, о ее структуре или структурах следует все-таки уточнять исходное ее понимание.
  Достаточно сущностной и вполне современной представляется аксиологическая трактовка культуры, в одном из ее вариантов, при котором культура понимается прежде всего как обработка, оформление, облагораживание человеком окружающей среды и самого себя. «Обработка» - путем порождения, сохранения, передачи и реализации в жизни духовных ценностей. Таких, как Добро, Вера, Истина, Красота, Любовь, Свобода и т.д., в их разнообразных модификациях (справедливость, честность, святость, милосердие, порядочность, тактичность, терпимость, совестливость, изящество, вкус и т. д. т. п.). Эти ценности, в каждой из перечисленных и неперечисленных модификаций, могут воплощаться в своей знаковой и смысловой ипостасях, - в различных носителях ценностей. Скажем, Вера - в храме, кресте, молитве, помыслах, чувствах и действиях верующих. Эти ценности - ценности культуры, оставаясь самими собой, проявляются по-разному в разное время, в разных условиях Добро, оставаясь Добром, может выявляться в каждой из культур по-своему.
  Ценности культуры - это особые ценности. К ним не сводятся все ценности и достижения человечества, в том числе и невещественные. Вообще культура - это не весь духовный опыт и арсенал человечества, не вся жизнь духа. Зло, безобразие, ложь, бессовестность и другие, противоположные ценностям явления, - также духовны. Не все достижения и ценности цивилизации вещественны, хотя они, в отличие от ценностей культуры, так или иначе практичны. Цивилизованность и культурность общества или человека, - близки по смыслу, но не тождественны. При всей очевидности взаимосвязи между ценностями цивилизации и ценностями культуры, их все же следует различать, и тогда, когда такое различение дается не просто. Перечисление даже великих научных идей, открытий, технических изобретений, по сути не характеризует состояния и уровня культуры, хотя существенно для характеристики высоты развития цивилизации.
  Особенности культуры (периода, этноса, общества) раскрываются в своеобразии реального конкретного бытия, жизненной реализации содержательного смысла, - именно ценностей культуры, каждый раз складывающихся в некую, более или менее системную иерархию. Это конкретное бытие так или иначе выявляется в сознании, в ценностных ориентациях, установках людей, которыми определяются и исходя из которых оцениваются выбор линии поведения, поступки, отношения людей с людьми, с окружающей средой. В переломные моменты истории той или иной страны изменение культуры, ее характера, особенностей, - выражено в изменении ценностей, их иерархии, их содержательных смыслов (ведь, словом «добро» можно обозначить разное), но, главное, - возможностей и действительности их воплощения в жизнь.
  В последнее время много пишут и говорят о кризисе культуры в России. Я бы не спешил с постулированием вроде бы явной кризисности. Надо спокойно и непредвзято анализировать, что же на самом деле происходит с ценностями культуры в современной России в условиях нашей очевидной недоцивилизованности, которая сегодня остро ощущается, но не сегодня «родилась». Анализировать, начиная с изменений в иерархии ценностей, последовательно послеживая, что происходит с каждой из них, в каждой из модификаций. Например, воплощается ли, и может ли воплощаться в жизни, в деятельности разных слоев населения современной России - Добро. Не абстрактно, а конкретно. Что и почему происходит, скажем, с порядочностью, в отношении к тому, что было. С милосердием, деликатностью и т. д. Исследование может производиться и, так сказать по-частностям (на разном материале, разных сфер деятельности), и в более общих планах. Важно чтобы исследовалось состояние и перспективы развития именно культуры, а не чего-то другого.
  Если исходить из такого понимания культуры, то, конечно, и содержательно и структурно некорректно ее деление на культуру материальную и духовную. Культура, и в этом еще одно ее отличие от цивилизации, есть явление принципиально духовное. Хотя она и существует как бы в двух видах. Так сказать, в идеальном бытии: в сознании, отношении, чувстве, переживании намерении. Идеальное, правда, опредмечено так или иначе: в знаках, жестах, словах, интонациях, внутренней речи и т.д. Но культуру обнаруживают и в виде «следов» духовной деятельности, в виде воплощения в вещественных носителях духовных ценностей. Можно «прочесть» как культуру не только книгу, но и пещеру, утварь, дом, храм, наскальное изображение. Именно «прочесть», настолько, насколько культурная ценность жива в ее носителе. Но жизнь духа, в нередко уже «мертвых» формах, вовсе не бесспорна. Весьма вероятно, что мы сами только и вносим нечто духовное в то, что называем материальной культурой. Ведь мы имеем дело с ценностями, которые не вещны.
  Для понимания культуры очень важно иметь достаточно четкие представления о ценностях, ценностных ориентациях, об аксиологической (от лат. axia - ценность) проблематике. Уже в 80-90 гг. XIX века философы-неокантианцы пришли к выводу, что мир делится на Бытие и Ценности, которые - вне и «над» Бытием и являются для человека сущностно значимыми, не существуя в обычной практике, но проявляясь в духе, в культуре. Имелись в виду такие ценности как Добро, Красота, Вера (или Бог), Истина.
  Ценность какое-то время отождествляли со значимостью. Именно значимость (смысл) выдвинул в качестве критерия ценности Г.Лотце. В нашей отечественной философии в советское время первоначально развивалось еще более узкое понимание, когда ценность практически приравнивалась социальной значимости, трактуемой почти как полезность. В обыденном общении ценностями считались вещи. Исследователям с трудом давалось различение ценности и оценки, ценностного и оценочного отношений.
  Опираясь на классическую философскую традицию, на размышления о ценностях Н.О.Лосского, С.Л.Франка, некоторые советские философы (И.С.Нарский, О.Г.Дробницкий, В.П. Тугаринов, М.С.Каган и др.) пытались преодолеть ограниченность как утилитарного, так и чрезмерно абстрактного подхода к проблеме ценностей. Продолжая эту линию, Г.П.Выжлецов в книге «Аксиология культуры» развивает концепцию ценностного постижения культуры . Согласно такой концепции, ценность рассматривается как отношение. И разумеется не в обыденном, а в философском смысле слова «отношение», не как «отношение к», а как «отношение между», как выражение глубинного уровня взаимодействий . В отличие от ценности, оценка, входящая в структуру ценности, представляет собой особое отношение к чему-либо.
  Г. П.Выжлецов считает, что ценность является проявлением и реализацией межчеловеческих, субъектно-субъектных отношений. Думается, однако, что хотя человек - непременный участник любых ценностных отношений, сами эти отношения не обязательно - межчеловеческие. А выражение «субъект-субъектные» отношения представляется научно некорректным. Проявлением и реализацией отношений между людьми (межчеловеческих) являются по-видимому только нравственные ценности. А скажем, эстетическое отношение - межчеловеческое разве что опосредовано, ибо это отношение как раз между человеком и любым предметом действительности, с которым человек по-человечески чувственно взаимодействует. Предмет, становясь объектом эстетического отношения, конечно одухотворяется и воздействует на субъекта теми значениями, ценностными смыслами, которые выражены в его предметности, в форме в частности. Эти ценностные смыслы не принадлежат целиком субъекту отношения, не вносятся им в объект. Но они не принадлежат целиком и объекту, не превращают его в субъект. Ваза, которой любуется человек, - не субъект, а объект эстетического отношения. Ценностные смыслы, само отношение, порождается в процессе взаимодействия человека, субъекта эстетического отношения и «предмета», ставшего объектом. Эстетическое отношение - субъектно-объектное, но специфическое, отличающееся от отношений познавательных, преобразовательных. Отличающееся тем, что в данном случае во взаимодействии человека с «предметом» (или объектом) в «предмете» этом воплощается ценностное содержание, носителем которого он становится в ходе взаимодействия. Да, он очеловечивается, но, повторяю не превращается в субъект, не перестает быть, хотя и своеобразным, объектом отношения. Если же, как считают, своеобразие его таково, что его уже нельзя считать объектом, тогда и второго участника отношения называть субъектом невозможно. Ведь субъект, оставшийся без объекта, - не субъект. Только в обыденном употреблении слово «субъект» обозначает просто человека с определенными свойствами (подозрительный субъект). В науке понятие «субъект» с XVII века используется в современном смысле, то есть как обозначение психолого- теоретико-познавательного Я, противопоставленного чему-то другому - не-Я, предмету, объекту» . Ничего принципиально не меняется и если мы рассматриваем субъект как активно-деятельное существо, практически, духовно-практически или духовно взаимодействующее с объектом. Нет никакого смысла в том, чтобы «оторвать» одно от другого и называть человека - субъектом, а человеческое в отношениях - «субъектным». Отношения между людьми - просто межчеловеческие. И очеловечивать, к примеру природу, до такой степени и для того, чтобы называть ее субъектом, нет необходимости. Других же субъектов, кроме людей в их отношениях с объектом, мы пока что не знаем.
  Другое дело, что ценностное отношение - это специфическое человеческое отношение, реализуемое в ходе взаимодействия человека с «предметом», являющимся носителем отношения, ценности. Это может быть и не предмет, как таковой, не вещь, а другой человек. Главное понять, что скажем не Храм сам по себе ценность религиозной культуры, а Вера, воплощенная в Храме как носителе ценности. Чаще всего, когда мы говорим о ценностях культуры (памятниках), то упоминаем как раз о носителях ценностей. Храм ведь является носителем и религиозных, и нравственных, и эстетических ценностей, если есть люди, во взаимодействии с которыми - это ценностное содержание может реализоваться. И именно будучи носителем всего духовного богатства, храм и сам, в целом - ценность. То же самое относится и к ритуалу.
  Следует согласиться с Г.П.Выжлецовым, когда он пишет, что: «Культура в сущностном ее смысле - это высшая степень облагораживания, одухотворенности и очеловеченности природных и социальных условий жизни и человеческих отношений, освоенная живущими и переданная следующим поколениям». И когда он, вслед за Г.Риккертом и С.Л.Франком, определяет культуру в качестве совокупности реализуемых ценностей.

 
© www.textb.net