Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


«Мир как воля и представление» в философии А. Шопенгауэра

  Свое исследование философ начинает с самого популярного в те времена юмовско-кантовского тезиса «Мир есть мое представление». Однако философ тут же оговаривается, признавая, что мир обладает сущностью, которая не дается в непосредственном опыте и которую надо обнаружить. Непосредственно примыкая к Канту, Шопенгауэр считал, что предметный мир формируется посредством априорных форм: пространства, времени и причинности. Мир представлений наполняется конкретным чувственным содержанием, формируется непосредственно, интуитивно и как таковой существует только для нас. К миру конкретных представлений присоединяется мир предметов, отвлеченных, создаваемых разумом. Разум - это способность выделять общие признаки конкретных представлений в одно общее представление, называемое понятием. Однако ни конкретные чувственные представления, ни дополняющие их понятия, не содержат в себе подлинного содержания мира, действительного бытия, поскольку, по утверждению Шопенгауэра, познание скрытой сущности не может быть достигнуто путем логического вывода и общих априорных форм рассудка.
  Вопреки Канту, который эту проблему не решил и объявил сущность принципиально непознаваемой «вещью в себе», Шопенгауэр убежден, что метафизика (учение о сущности), как и наука, должна основываться на опыте. Как происходит опытное познание сущности? Вывод, к которому он приходит, гласит примерно следующее: в любом эмпирическом материале есть нечто непонятное, необъяснимое в формах представления. Этот таинственный иррациональный элемент представления и есть доступное гению видение его скрытой сущности. Чем сложнее предмет, тем меньше он может быть выражен с помощью априорных форм рассудка и понятий, тем больше в нем иррационального, тем богаче поле для проникновения в скрытую сущность. Меньше всего сущность выражается в таких формальных науках как математика и геометрия. В эмпирических науках с усложнением объекта познания область иррационального увеличивается (в химии больше, чем в механике, в биологии больше, чем в химии и т.п.). Своего максимума иррациональное достигает в познании человека, в котором, по Шопенгауэру, метафизическая сущность бытия проявляет себя наиболее полно.
  Но как самый богатый носитель скрытой сущности, человек является одновременно и объектом, и субъектом. В силу этого познание сущности достигается в акте самопознания, в интуитивном прозрении гения по поводу того, что глубинной, конечной, иррациональной сущностью всего мироздания является воля.
  Далее в своей метафизике Шопенгауэр обстоятельно разъясняет, как единая мировая воля обнаруживает себя во всем многообразии мира, как она стремится к осуществлению через соперничество природных сил на различных уровнях неорганической и органической природы.
  Не вдаваясь в детали шопенгауэрской онтологии, отметим, что она несомненно является фундаментом главной цели философских построений мыслителя, его нравственного учения, его этики, изложенной в сочинении «Об основе морали» и в популярной книге для массового чтения «Афоризмы житейской мудрости».
  Шопенгауэр полагает, что основой нравственных отношений является сострадание, поскольку только через сострадание чужие интересы могут инициировать нравственные деяния сострадающего человека. Принцип сострадания в качестве основы морали оправдан единой мировой волей, которая обусловливает выражение истинной сущности человека через его слияние с мировым целым и, как следствие, слияние через нравственные отношения людей друг с другом. Специфика морали состоит в том, что в основу нравственного всеединства А. Шопенгауэр кладет отрицательное начало - страдание, которое абсолютизирует, придавая ему значение подлинного бытия человека.
  У Шопенгауэра страдание как основа жизненного бытия непосредственно вытекает из его учения о воле. Воля есть «внутренний импульс деятельности постольку, поскольку она страдательна, недовольна достигнутым и стремится уйти от этой неудовлетворенности. Однако если человек благодаря волевому усилию уходит от состояния неудовлетворенности, им овладевает скука, состояние столь же негативное и страдательное. Человеческая жизнь, как маятник, колеблется между страданием и скукой, - иной формой страдания. В промежутках между этими состояниями возможно нечто позитивное, например, наслаждение. Но, как образно выразил эту ситуацию Шопенгауэр, соотношение между наслаждением и страданием, сопоставимо с состоянием волка и зайца в тот момент, когда волк поедает зайца: для волка - это всего лишь обед, для зайца - вся жизнь.
  Этика А. Шопенгауэра не только страдательна, но и антиинтеллектуальна, поскольку, по убеждению философа, жизненные страдания человека увеличиваются пропорционально уровню его интеллектуальности. Это соотношение между умственным развитием и страданием философ иллюстрирует картиной, изображающей женщину, у которой отнимают ребенка, и овцу, у которой отнимают ягненка. Ответ однозначен: страдает больше тот, кто обладает интеллектом.
  Этика Шопенгауэра крайне пессимистична. Трудно назвать какое-либо нравственное учение о человеке, которое было бы настолько пронизано мрачной идеей страдания. Видимо, это не случайно. Своей этикой философ зафиксировал отношение к реальности того времени. А оно имело веские основания для пессимизма. В середине XIX века позитивные итоги цивилизации, связанные с достижениями разума и христианской этики, все в большей степени стали перекрываться негативными сторонами жизни: социальной несправедливостью, разгулом аморализма, уходом из Храма, потерей веры в идеалы, в прогрессивное предназначение разума. В этих условиях предметом этики Шопенгауэр сделал не идеального человека, а реального, живого, страдающего, иррационально действующего индивида. Благодаря Шопенгауэру, реальный иррационализм человеческого бытия становится в центр внимания философствующей европейской элиты.

 
© www.textb.net