Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


Метаморфозы религиозности

  Поэтому, хотя не только поэтому, кажется, что пророчества мыслителей середины конца XIX века, которые касались «смерти Бога», угасания веры, - сбылись в ХХ-ом столетии. В этом столетии мировые религии, укрепившие свое официальное положение в обществах, устоявшиеся в качестве достаточно могущественных церковных организации, - усилили моменты своей рационализованности. Приспосабливаясь к смыслу, характеру и формам происходивших цивилизованных сдвигов, эти организации отказались от конфронтации со светскими властями, с наукой и техническими нововведениями.
  Они модернизировались и внутренне и внешне. Раньше и очевиднее других католицизм, - но не только он. В середине 60-х гг. монах или монашенка, едущие на мотороллере, воспринимались вполне обычно. К концу века не только электричество и телевидение, но и компьютерная техника вошли в жизнь церквей и монастырей. Самое современное авангардное искусство (архитектура, музыка, живопись, скульптура и т. д.) стало использоваться в церковных сооружениях, в религиозных ритуалах. Бога совсем перестали представлять в виде старика с бородой: его абстрактный лик искался на фотографиях звездного неба, которые делались астрономами с помощью самой совершенной техники. От прихожан в жизни не требовалось и не ожидалось страстно-эмоциональных выражений их религиозного рвения, строгого соблюдения ими норм жизни, диктуемых религиозной верой. Никакой инквизиторской или особой надзирательной функции, церкви не брали на себя, к атеистам - отношение спокойно. И в отношении к другим вероисповеданиям - старались вести политику мирного сосуществования. Все крупные мировые церкви и религиозные объединения, по крайней мере в конце ХХ столетия, подчеркивали, что Вера, как высшая ценность воплощает в себе истинные ценности жизни и культуры, и поэтому не противостоит культуре светской в ее, порой странных, зигзагах развития.
  Но при всей этой кажущейся умиротворенности религиозной жизни людей ХХ века, эта жизнь: «...так бурна и яростна, что многие пророчат XXI веку бесконечные религиозные войны». На деле религиозность в ХХ столетии пошла как бы «вразнос», в напряженности противоречий и поисков. Прежде всего потому, что активна была оппозиция ранее отмеченной внешней рационализованности и формализованности веры. В противовес этому существовал и распространялся атеизм, а также появилась тенденция к увлечению самыми разнообразными формами мистицизма. Атеизм порой обретал государственный характер, как в бывшем СССР и других странах социализма. Что касается мистицизма, то А. Генис заметил: «Сегодня гороскопов составляют больше, чем триста лет назад, каждый третий американец верит в реинкарнацию, каждый четвертый - в ангелов, почти все остальные сомневаются в способности науки создать убедительную картину мира».
  Существующие традиционные религии не удовлетворяли очень многих. При видимом количественном доминировании мировых церквей возникло множество сект и течений внутри и вне каждой из них. Кроме того, чрезвычайно активными были и так называемые «новые религии», некоторые из которых собирали и собирают миллионы последователей, будучи порой весьма агрессивными в своей противопоставленности традициям религиозным и светским.
  Наряду с прогрессами модернизации верований, религий и церквей, шли и процессы их архаизации. Основания современной веры искались в древних культах. Для Западной Европы и США особый интерес в этом плане приобрели культы восточные. Кроме того, в мире массового монотеизма, начало теоретически и практически воспроизводиться язычество и «гремучие смеси» язычества с монотеизмом и новейшими идеологическими построениями. Так, в Советском Союзе гонениям подвергалась православная вера (и другие монотеистические верования), объявленная проявлением крайнего невежества, суеверий, бескультурья. На этих основаниях вполне оправданными считались действия властей, взрывавших храмы, превращавших их в клубы и склады. Но в то же время, возник и укрепился культ вождей с массовым поклонением их многочисленным изображениям, со «священными» текстами (марксистско-ленинской догматикой), со своими «пророками», (мучениками), с отработанными ритуалами (приема в пионеры, в комсомол, в партию), с верой в возможное построение коммунистического общества, очень напоминавшей веру в царство божие на земле.
  Помимо всего этого, в мировых религиях в ХХ веке не только продолжала существовать, но и активизировалась наиболее ортодоксальная часть (исламский фундаментализм, ирландский католицизм и др.).
  В связи со всем этим, очень трудно говорить о реализации религии в качестве момента культуры ХХ века. Бог конечно оставался высшей ценностью для верующих. Но вера в Бога настолько проявляет себя как культура, насколько именно она действует в сторону облагораживания, одухотворения жизни. Пестрота и неоднозначность проявлений религиозности, которая в ушедшем столетии не помешала совершаться самым гнусным и бесчеловечным деяниям, а порой и оправдывала совершение зла (хотя часть духовенства и многие верующие примыкали к тем, кто активно противился злу, отстаивая гуманность), - все это не позволяет определенно связывать религиозность вообще с культурностью. Может быть отчасти и поэтому, каждое из вероучений в ХХ веке претендовало на роль истинной, единственно возможной нравственной основы жизни, в мире полном безнравственности, жестокости, лжи и насилия. Это касалось и христианства, и мусульманства, и буддизма (в том числе и дзен-буддизма), и большинства новых религиозных и псевдорелигиозных течений и сект. И не удивительно, ибо проблемы нравственности, нравственной культуры были чрезвычайно обострены.

 
© www.textb.net