Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


Религия и культура древних цивилизаций

  Все вышеуказанные моменты дополнились, обогатились и углубились при становлении древних государственных цивилизаций. Отделенность конкретного социума от остального мира закреплялась и закрепляла этносы при их формировании. Люди создавали свой особый (в чем-то уже искусственный) внешний мир и начинали осознавать свою выделенность из природы и отдельность от других людей. Древние египтяне преобразовали, окультурили долину Нила, и уже различали, с одной стороны, “людей”, а с другой не только животный и растительный мир, но и ливийцев, азиатов, африканцев. Люди отличались и от богов, ибо людьми считались те, кто жил в Египте, одевался и вел себя по-египетски.
  В то же время от древности долго оставалось представление о том, что люди, боги и другие элементы вселенной - единосущностны. Небо могло мыслиться и как корова и как женщина. Бог мог предстать в виде сокола, крокодила. Все явления природы были разными, но имели как бы одну основу и могли переходить из одного состояния в другое. И мерки человеческого поведения становились точкой отсчета для понимания внечеловеческих явлений лишь потому, что они были известнее, ближе, понятнее. И боги вели себя, как люди, бывая то благосклонными, то враждебными, то равнодушными.
  Такого рода религиозные верования развивались повсеместно как элементы всех древних цивилизаций. Но были ли сами эти верования цивилизующими? Видимо, да. Ведь они были своеобразным выражением освоения человеком природы, ее осмысления и использования, моментом регуляции отношений с ней и вообще появления человеческого, в отличие от природного. Верования помогали жить людям, свободным от инстинктивных программ поведения. Они помогали взаимодействовать с окружающей средой и упорядочивать отношения между людьми внутри сообществ. Верования задевали ориентиры поведения и, оформляясь в культы, ритуализуясь, традиционализуясь, формировали саму жизнь сообщества и жизнь индивида в сообществе. Жизнь уже в отстраненности от мира как “Ты”, который преобразовывался в мир как “Оно”.
  Таким образом, верования стали элементом устойчивости человеческих отношений с миром и, в то же время, формами (ритуальными, церемониальными, культовыми) цивилизованной жизни, отличной от животно-растительного существования и , все более, от первобытнодикого. И в этом смысле процессы цивилизации и окультуривания жизни в общем совпадали, т. е. верования были моментом становления и цивилизации и культуры. Это очевидно, если иметь в виду витальный уровень культуры и появление в жизни людей религиозных ценностей как значимостей, как того, что почитается, что (как кажется) обеспечивает успех в деятельности, что поддерживает саму человеческую жизнь.
  Почти совпадали в своем становлении цивилизация и культура (применительно к верованиям) и в том, что касалось специализированного уровня культуры и ее ценностей как норм бытия. Специализированный уровень культуры в сфере верований уже в доцивилизованные периоды проявлялся в деятельности шаманов, колдунов, а отчасти и родоплеменных старейшин и вождей. Позже, в древних цивилизациях, то же самое было реализовано более системно в профессиональном статусе жрецов, служителей храмовых культов. Появляются люди и организации-посредники между религиозными ценностями и другими людьми: земледельцами, скотоводами, воинами. Отношения с религиозными ценностями - значимостями закрепляются в традициях, нормах поведения, особых формах бытия. Верования действуют через исполнение предписанного, должного, через соблюдение норм, следование традиции, совершение ритуалов, проведение церемоний, исполнение обрядов. Посредники-священнослужители лучше, чем другие, знают необходимые формы проявления верований, обеспечивают практическую сторону их реализации, трактуют их смысл. Для остальных культ и религиозные предписания выступают как должное, что должно выполняться, чему должно соответствовать поведение, чем должно определяться отношение к миру, к другим людям и к божествам. В этом смысле религиозные формы жизни выполняют цивилизующую роль, упорядочивая жизнь.
  Высший же уровень культуры, т. е. собственно культура (в том понимании, о котором шла речь выше), даже в древних цивилизациях, уже не говоря о более ранних периодах, становится возможным не сразу, далеко не для всех и далеко не полностью. Ведь выход на этот уровень, во-первых, предполагает появление ценностей, не замкнутых на полезности, практически не сводимых к норме, к должному и, тем не менее, выражающих то, чего страстно желает, к чему стремится отдельный человек, что становится его идеалом. Во-вторых, уровень полноценной культуры предполагает наличие высокой (не утилитарной) ценности отдельного человека в обществе, в котором человек мог бы выступать в качестве высшей ценности для другого человека. В древних цивилизациях то и другое возможно в периоды их расцвета, для избранных, для отдельных представителей высших слоев и каст и, в большей мере, не в отношении к другим конкретным людям, а в идеальных представлениях о Богах или полубожественных существах, в которых воплощаются высшие человеческие ценности, такие как Истина, Добро, Справедливость, Красота и т. д. Языческие боги обычно похожи на совершенных, во многом идеальных людей. И языческие верования поэтому могли в принципе быть выражением высокой степени облагораживания жизни, высокого уровня культуры.
  Все развитые так называемые языческие верования по-разному, но содержали в себе элементы предельного очеловечивания и одухотворения природного (сил природы, действующих на людей и как люди). И, с одной стороны, это идеальное содержание возникло как отражение совершенствования человеческой жизни, а с другой, проявившись, оно стало действовать на жизнь, на людей, которые оказывается, могут жить и вести себя не как животные или дикие люди, а как боги.
  Но языческие верования, даже самые прекрасные (типа греческой олимпийской религии), были, в общем, неустойчивы в отношении к очеловечиванию человека. Дело не в том, что они сохраняли возможность человеческих жертвоприношений, не в грозности, неумолимости и порой жестокости многих языческих божеств. В языческих верованиях не было устойчивых представлений об идеальной жизни, как о жизни прежде всего духовной. Не было акцента на необходимости в земной жизни именно духовного совершенствования человека. Древнеязыческие религиозные верования все же были ориентированы на более или менее прагматичное бытие. Человеку диктовалось: поступай так, чтобы не разгневались боги, и ты обретешь помощь в конкретных делах и блаженство за гробом, улучшенное подобие земного хорошего существования. Земные заслуги и грехи каждого иногда считались важными. Земное поведение (в том числе и в отношении к другим людям) оказывалось значимым. Но при оценке земных деяний доминировала количественная сторона. И даже если при взвешивании земных дел перевешивали благие поступки и намерения, это не означало, что человек духовно преобразится. Он будет вознагражден, но не спасен. О спасении души верующего, а тем более всех верующих, не было и речи, так же, как и о духовном единении людей, в этом мире или в ином. В языческих верованиях не было заложено представлений о смысле человеческой жизни, как о жизни приобщенной к вечному духовному бытию.

 
© www.textb.net