Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


Культура и ценности

  Для понимания культуры очень важно иметь четкие представления о ценностях, ценностных ориентациях, об аксиологической (от лат. “axia” - ценность) проблематике. Уже в 80-90 гг. XIX века философы-неокантианцы пришли к выводу, что мир делится на Бытие и Ценности, которые - вне и “над” Бытием, и являются для человека сущностно значимыми, не существуя в обычной практике, но проявляясь в духе, в культуре. Имелись в виду такие ценности как Добро, Красота, Вера, Истина.
  Ценность долгое время отождествляли со значимостью. Именно значимость (смысл) в качестве критерия ценности, выдвинул Г. Лотце (1817­1881). В нашей отечественной философии, в советское время, первоначаль-но развивалось еще более узкое понимание, когда ценность отождествлялась со значимостью, трактуемой почти как полезность. С трудом давалось исследователям и различение ценности с оценкой.
  Опираясь на классическую философскую традицию и разработки наших исследователей советского периода, которые пытались преодолеть ограниченность как утилитарного, так и чрезмерно абстрактного подхода к проблеме ценностей (О. Г. Дробницкий, В. П. Тугаринов и др.), профессор СПбГУ Г. П. Выжлецов развил в целом удачную и перспективную, на мой взгляд, концепцию ценностного постижения культуры [12]. Он считает, что ценности выражают определенные типы отношений между людьми, и именно таких отношений, которые не разъединяют, не отчуждают человека от других людей, от природы и от самого себя, а напротив, объединяют людей в общности, такие, как семья, народность, нация, общество в целом, включая, как говорил П. Флоренский, в это единство человечности весь мир. Конечно, исходно любые ценности связаны со значимостью, пригодностью, полезностью. И ценностью становится только положительная значимость, а объект-носитель ценности может быть вообще бесполезным (простой камешек как талисман). Но к значимости, даже положительной, ценность не сводится. Ценностное отношение включает в себя и должное (норму отношений, поведения) и желаемое (идеал). Добро, например, - ценность не потому, что оно полезно, хотя оно и значимо в этом плане. Но добрым-то следует быть не поэтому. И требование проявлять доброту (моральная норма), даже если оно выполнено, не означает полной реализации добра как ценности. Как считал Вл. Соловьев, добро есть должное, но оно может быть добром только если еще и желаемо нами, если есть переживание добра как идеала, как моей цели, моего стремления к добру.
  Ценностное отношение по сути и есть переживаемое людьми воплощение идеалов в жизнь. Поэтому ценностные отношения и не могут быть внешними, принудительными. Их нельзя навязать силой (нельзя заставить полюбить, быть счастливым), ими нельзя завладеть как властью или богатством. Наличие или отсутствие ценностей и их необходимость нельзя доказать логически. Г. П. Выжлецов пишет, что для того, кто верит или любит, есть Бог и есть Любовь, а кто не веровал и не любил, для тех ни Бога, ни Любви не существует. И любая наука бессильна доказать тут что-либо.
  В структуре ценности, согласно Г. П. Выжлецову, - три взаимосвязанных основных элемента: значимость, норма и идеал. Культура же “определяется степенью осуществления ценностей и реализации ценностных отношений во всех сферах человеческой деятельности” [13]. И ценности культуры могут функционировать как значимости, как нормы и как идеалы. Правда, значимость (полезность, пригодность) и норма (должное) характерны и для того, что я называю цивилизацией и для низших уровней культуры, на которых культурность порой почти неотличима от цивилизованности.
  Г. П. Выжлецов иначе, чем В. В. Селиванов, выделяет уровни культуры. И сопоставляя их со структурой ценности, показывает, что и объект-носитель ценности и значимость, норма и идеал выступают “как правило, в той или иной ситуации, в качестве самостоятельной ценности, становясь при этом основой соответствующего уровня культуры” [14].
  Если мы, учитывая это, вернемся к рассмотрению уровней культуры, обозначенных (вслед за В. В. Селивановым) мной, то очевидно, что на низшем, витальном уровне, ценности жизни и культуры воспринимаются и существуют как значимости. И поступки, действия, выбор поведения человека определяются тем, что является значимым, полезным, разумным для него. Нормы моральные, правила поведения, существующие в обществе, могут соблюдаться как внешние, потому что они полезны в житейских ситуациях.
  На втором уровне, уровне специализированной культуры, ценности могут реализовываться, казалось бы, во всем их богатстве. Социальные нормы поведения, отношений, на этом уровне могут быть усвоены, пережиты внутренне, и доминировать над пользой. Поэтому в поведении срабатывает принцип: поступай как нужно, как должно, а не так, как выгодно и удобно. Более того, к норме на этом уровне может добавляться и желаемое, когда человек живет и действует, выбирает ценности в соответствии с идеалами, задаваемыми сферой его духовных интересов (наука, искусство, религия и т. д.). Ограниченность второго уровня культуры проявляется, однако, в том, что эти внутренние нормы должного, эти идеалы, утверждаемые порой даже ценой собственной жизни духовные ценности, - могут оказываться самодовлеющими, высшими в отношении к ценности другого человека, к ценностям других людей, этносов и культур.
  На третьем уровне, уровне полноценной культуры, высшая ценность - это другой человек. На этом уровне вся разумность отношений и поведения, все нормы взаимоотношений и поступков, все намерения и идеалы, - все это выражает человечность отношения к миру, стремление к целостной очеловеченности бытия. На этом уровне над материей, над социумом, над практичностью бытия торжествует дух.
  Культура в ее аксиологическом срезе и может пониматься, как “проник­новение духа в социум и природу” (Г. П. Выжлецов), как степень одухот­ворения социальных и природных отношений. Она представляет собой меру очеловеченности, гуманности этих отношений. В каждой конкретной культуре, даже в каждой жизненной ситуации, отношения эти воссоздаются оригинально, или даже творятся заново. В этом их уникальность, неповторимость. Но в любом случае добро остается добром, а любовь - любовью, и поэтому они - универсальны, всеобщи, и не случайно считаются общечеловеческими ценностями, реализуясь по-разному в разные периоды, в разных сферах жизни.
  Среди ценностей человеческого бытия и культуры, при всем их разнообразии чаще всего выделяются три или четыре высших, центральных: Вера (или Бог), Добро, Красота, и, не всегда, Истина (иногда еще Свобода). Причем, в духовной жизни людей действительно достаточно отчетливо проявлены религиозная, нравственная, эстетическая (и художественная), а также познавательная составляющие. В целостной культуре обнаруживаются как бы ее разные стороны, грани. В отдельные исторические периоды (или у отдельных групп населения) может доминировать что-то одно. Скажем, в Средневековой Европе на вершине иерархии ценностей был Бог, в котором воплощались (и с которым соотносились) все другие ценности: и Добро, и Красота, и Истина. А, например, в Советском Союзе, пытались обойтись вовсе без религиозной веры, без Бога, считая веру в него проявлением бескультурья. Во всяком случае, реальное бытие культуры и ее ценностей - по-разному высвечивается и оценивается, смотря по тому, о какой именно грани ее, и в каком контексте, мы говорим. Есть привычные выражения, такие как: религиозная культура, нравственная культура, эстетическая и художественная культура, умственная, физическая культура и т. д. Но каков смысл этих выражений? Каковы особенности культуры и бытия ее ценностей, позволяющие (или может быть, не позволяющие) говорить о специфике каждой из ее сторон? Начнем в произвольном порядке, но, пожалуй, с одной из острейших проблем, - с проблемы религиозной культуры и ее ценностей или проблемы связи между культурой и религией.

  1. См. об этом: Гуревич П. С. Философия культуры. - М: АСПЕКТ-ПРЕСС, 1995; Ионин Л. Г. Социология культуры. - М: ЛОГОС, 1996; Каган М. С. Философия культуры. - СПб: Петрополис, 1996.
  2. Маркарян Э. С. Теория культуры и современная наука. - М: Мысль, 1983.
  3. Швейцер А. Культура и этика. - М: Прогресс, 1973. - С. 103.
  4. См: Шпенглер О. Закат Европы. - М: Мысль, 1993.
  5. См.: Выжлецов Г. П. Аксиология культуры. - СПб.: СПбГУ, 1996. Гл. II.
  6. Там же. С. 146.
  7. Ильин И. Основы христианской культуры // Собр. соч. - М.: Русская книга, 1993. Т.1. - С. 291.
  8. Зиммель Г. Избр. Т.2. Созерцание жизни. - М.: Юрист, 1996. - С. 104.
  9. Кант И. Соч. В 6 т.т. - М.: Мысль, 1964. Т.2. - С. 202.
  10. См.: Льюис К. С. Любовь // Вопросы философии. 1989. - № 8.
  11. Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. - М.: Политиздат, 1992. - С. 429.
  12. Выжлецов Г. П. Аксиология культуры. - СПб.: СПбГУ, 1996.
  13. Изложенное в начале этой главы понимание ценности, оценки, структуры ценности развито этим автором. Все неточности изложения данной позиции на моей совести.
  14. Там же. С. 65.
  15. Там же. С. 74.

 
© www.textb.net