Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ФИЛОСОФИЯ ИСКУССТВА

  ОСНОВНАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ. Что такое философия искусства? Возможно ли сопоставление двух этих понятий? Ведь философия - это любовь к мудрости, искусство - это торжество прекрасного (не путать с красивым, ибо безобразное тоже может быть прекрасным). Итак, как сочетаются категории любви, мудрости и прекрасного? Можно сказать, что философия искусства - это любовь к мудрой красоте, прекрасная мудрость любви, мудрая и прекрасная любовь, любовь к прекрасной мудрости, прекрасная любовь к мудрости, мудрая любовь к прекрасному. Почему возможна игра этих слов? Да потому, что понятия мудрости, любви и прекрасного неразделимы, они стоят в едином синтезе. Это в теоретических размышлениях мы их разделяем, а в конкретной жизни мы имеем великолепное единство этих трех слов, слитых в пламенном синтезе.
  В рабочих программах курс называется «Основы эстетики». Эстетика - это учение об искусстве, где искусство - «творчество по законам красоты» (Маркс). Есть еще такой термин, как «искусствоведение». Чем же отличаются искусствоведение, эстетика и философия искусства? На первый взгляд кажется, что это одно и то же. Однако на самом деле между ними есть существенная разница. Они отличаются друг от друга степенью теоретичности или, как говорят философы, абстрактности. Абстракция - это восхождение ума над всем конкретным, чувственным или эмпирическим. Человеческий ум, восходя по ступеням абстракций, все более и более отвлекается, оставляя позади конкретные черты того или иного единичного художественного произведения, частной коллекции искусств, ее историю; и человеческий ум, в конце концов, поднимается к созерцанию прекрасного самого по себе в его абсолютности. В таком своем качестве прекрасное сближается с божественным, экстаз от рассмотрения красоты переходит в религиозный экстаз, и мыслитель переживает теологическое чувство от слияния с любовью к мудрости и красоте. Итак, наиболее конкретная реальность - это искусствоведение. Оно занимается анализом конкретного произведения искусства, скажем, «Сикстинской мадонны» Рафаэля. Как она стоит, каково выражение ее глаз, жест руки, как ведет себя младенец и т. д. Подобного рода исследования вы найдете в любом альбоме изобразительных искусств, в любом комментарии к художественным произведениям.
  Эстетика более теоретична, чем искусствознание. Ее волнуют общие законы искусства, основные принципы построения прекрасного, выработанные уже не на чувственном, а на рассудочном базисе. Однако человеческий рассудок еще не доставляет нам подлинного, глубинного знания об объекте творчества. Итак, если искусствознание посредством чувств исследует конкретное произведение искусства, то эстетика - посредством рассудка изучает общие его законы. Однако, чтобы познать истину во всей ее полноте, в глубине ее сущностного бытия, необходимо отвлечься не только от чувственной красоты, но и от рассудочных теорий и погрузиться в разумный свет прекрасных истин, подняться до созерцания прекрасного самого по себе. Когда мы начинаем заниматься этим, то мы попадаем в область философии искусства.
  Для большей ясности, о чем идет речь, я предлагаю следующую схему:

Схема

  В наших лекциях присутствуют и элементы искусствознания и эстетические фрагменты. Однако главная наша задача - построение системы философии искусства. Философия искусства «пытается открыть тайну, которая существует в искусствах», - пишет Н. Гартман в своей «Эстетике» (с. 18). О различии искусства и философии искусства хорошо говорит Шопенгауэр: «Результат каждого художественного произведения - это выражение сущности жизни и бытия, ответ на вопрос: «что такое жизнь?». Каждое подлинное, удавшееся произведение дает на этот вопрос правильный ответ. Однако искусство говорит только наивным, детским языком, а не серьезным языком теоретических рассуждений, поэтому его ответ - мимолетный образ, а не устойчивое познание. Для чувственного восприятия на этот вопрос отвечает каждое художественное произведение, каждая картина, каждая статуя, каждое стихотворение, каждая сцена в театре; отвечает на него и музыка. Все искусства предлагают некоторый образ, говоря: «Гляди, это - жизнь!»» Однако искусства способны дать лишь временный ответ на вопрос о сущности жизни; они всегда предлагают только фрагмент, пример вместо правила.
  А дать ответ на уровне теории, неизменный и навсегда удовлетворяющий, - вот задача философии искусства.
  Искусство как бы рассеивает туман, окутывающий явления жизни. Произведения поэтов и художников содержат клад глубокой мудрости. Однако каждый, кто читает стихотворение или созерцает художественное произведение, должен внести в него себя, чтобы обнаружить эту мудрость: он извлекает из каждого творения лишь столько, сколько позволяют его способности и образование. Перед картиной каждый должен стоять так, как перед государем, ожидая, что он ему скажет; «заговаривать с ним он не должен, как и заговаривать с картиной, так как в этом случае он услышал бы только самого себя», - продолжает Шопенгауэр. То есть в творениях изобразительных искусств содержится, конечно же, мудрость, однако в скрытом виде. Раскрыть же эту мудрость, показать ее людям - вот задача философии искусства.
  ИСКУССТВО И ПОДРАЖАНИЕ. У Шопенгауэра есть еще более интересное рассуждение, однако оно касается не отношения искусства к философии, но отношения искусства к природе. Последуем за ними.
  Подражает ли искусство природе? Однако разве природа создавала когда-нибудь идеально прекрасного человека? И откуда художник может знать, что именно эти природные черты в человеке прекрасны, а эти - безобразны? Дело в том, что, по мнению философа, в наше сознание от рождения волей заложены некие идеи, носящие в том числе и эстетический характер. Если нечто во внешнем мире совпадает с этими идеями в нашем уме, мы говорим: «это - красота, а это - уродство». Гений, познавая в отдельной вещи ее идею, понимает природу с полуслова и ясно выражает то, о чем она только лепечет. Только так мы можем узнавать прекрасное там, где оно удалось природе. Таким образом, художник подражает не природе, но заложенным в его сознании идеям, источником которых выступает наша внеразумная воля.
  СУЩНОСТЬ ИСКУССТВА. Многие философы искусства пытались ответить на вопрос: в чем истинная сущность искусства? В начале XX в. в русской культуре возникло такое явление, как символизм. Ведущими теоретиками этой школы были Вячеслав Иванов и Андрей Белый. Последуем за их рассуждениями о природе искусства. Мы не будем долго останавливаться на идеях Вячеслава Иванова, приведем только одну цитату: «Единственное задание, единственный предмет всякого искусства есть Человек. Но не польза человека, а его тайна. Другими словами, человек, взятый по вертикали, в его свободном росте вглубь и ввысь. С большой буквы написанное имя Человек определяет собою содержание всего искусства, другого содержания у него нет. Вот почему религия всегда умещалась в большом и истинном искусстве, ибо Бог на вертикали Человека. Не умещается в нем только в горизонтали человека лежащая житейская польза. Чем пристальнее мы будем вглядываться в существо ересей (т. е. утилитаризма), тем очевиднее будет становиться истина правого эстетического исповедания». Андрей Белый рассуждает так: «Искусство - это творческое раскрытие и преобразование жизни». Но что такое творчество? Это такая деятельность человека, которая перерабатывает первобытный хаос так, что из него возникают новые миры. «То, что начинается в искусстве, заканчивается в религии», - считает Андрей Белый. Искусство творит ценности. И в глубине целей, выдвигаемых искусством, таятся религиозные цели: преображение человечества, создание нового искусства. «Смысл искусства - только религиозен». «Смысл искусства - пересоздать природу нашей личности».
  «Искусство есть искусство жить. Но что есть умение? Что есть жизнь?» - спрашивает А. Белый. «Умение жить есть непрерывное творчество: это мгновение, растянувшееся в вечность. Вечность распадается на водопад мигов, образ жизни распадается на тысячи образов, форма жизни - на тысячи форм... Творчество мое - бомба, которую я бросаю; жизнь, вне меня лежащая, - бомба, брошенная в меня: удар бомбы о бомбу - брызги осколков; осколки моего творчества - формы искусства (т. е. поэзия, живопись, архитектура, скульптура, музыка - С. С. ); осколки видимости - образы, разрывающие личную мою жизнь».
  РОЛЬ ЯЗЫКА В ТВОРЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ. «Язык, - пишет А. Белый, - наиболее могущественное орудие творчества. Познание невозможно без слова. Живое, изреченное слово - выражение сокровенной сущности моей природы. Слово есть выражение сокровеннейших тайн природы. Если бы не существовало слов, не существовало бы и мира. Вне речи нет ни природы, ни мира, ни познающего. В слове дано первородное творчество; слово связывает бессловесный, незримый мир, который роится в бессознательной глубине моего сознания с бессловесным, бессмысленным миром, который роится вне моей личности. Слово создает новый - третий мир - мир звуковых символов; мир внешний проливается в мою душу, мир внутренний проливается из меня в зори, в шум деревьев; я - слово, и только слово».
  «Процесс называния явлений мира словами есть процесс заклинания; всякое слово есть заговор; заговаривая явления, я покоряю их.
  Неспроста магия признает власть слова. Сама живая речь есть непрерывная магия. Мышлением я различаю явления, словом я подчиняю явление, покоряю его; творчество живой речи есть всегда борьба человека с враждебными стихиями, его окружающими. Слово зажигает светом победы окружающий меня мрак», - восклицает Андрей Белый.
  «Соединение слов. есть средство, которым человек защищается от напора неизвестности. Вооруженный щитом слов, человек пересоздает все, что он видит, вторгаясь, как воин, в пределы неизвестного, и если он побеждает, слова его гремят громами, вспыхивают искрами созвездий, окутывают слушателей мраком межпланетных пространств, бросают их на неизвестную планету, где вспыхивают радуги».
  «Всякое живое слово есть магия заклятия.
  Миры отвлеченных понятий, как и миры сущностей, как бы мы эти сущности ни называли (материя, дух, природа), - не реальны; их и нет вовсе без слова; слово - единственный корабль, на котором мы плывем от одной неизвестности в другую, среди неизвестных пространств, называемых землею, небом, эфиром, пустотой и т.д., среди неизвестных времен, называемых богами, демонами, душами. Мы не знаем, что такое материя, земля, небо, воздух; мы не знаем, что такое бог, демон, душа; но, именуя неизвестности словами, мы творим себя и мир; слово есть призыв и вызывание бога.»
  «Новое слово жизни в эпохи всеобщего упадка вынашивается в поэзии. Мы упиваемся словами, потому что сознаем значение новых, магических слов, которыми вновь и вновь сумеем заклясть мрак ночи, нависающий над нами. Мы еще живы, но мы живы потому, что мы держимся за слова.
  Из-под пыли обломков разваливающейся культуры мы призываем и заклинаем звуками слов. Мы знаем, что это - единственное наследство, которое пригодится детям.
  Наши дети выкуют из светящихся слов новый символ веры; кризис познания покажется им лишь только смертью старых слов. Человечество живо, пока существует поэзия языка, поэзия языка - жива. Мы - живы.»

Контрольные вопросы и задания

  1. Как связаны философия и искусство?
  2. В чем разница между искусством и подражанием?
  3. Какова сущность искусства?

 
© www.textb.net