Учебники

Главная страница


Банковское дело
Государственное управление
Культурология
Журналистика
Международная экономика
Менеджмент
Туризм
Философия
История экономики
Этика и эстетика


2. Социальная философия как отдельная отрасль знания

  С учетом сказанного можно сделать вывод, что социальные науки в современном мире - это огромное разнообразие научных дисциплин, накопивших богатейший опыт изучения общественных процессов. Возникает вопрос: в каком отношении к социальным наукам стоит социальная философия? Ответ на него предполагает учет нескольких факторов:
  1. Социальная философия стремится не только обозреть общественную жизнь в ее целом, но и обнаружить смысл существования общественных институтов и общества как такового.
  2. В рамках социальной философии одной из важнейших является проблема отношения личности и общества, поставленная, прежде всего в общем плане, т.е. в известной независимости от конкретных типов общественной организации.
  3. Социальная философия задумывается над онтологическими основаниями общественной жизни, т.е. исследует условия, при которых общество сохраняет свою целостность, не рассыпается на изолированные части или на совокупность не связанных никакой общностью индивидов.
  4. В рамках социальной философии осмысливается методология научного познания общественной жизни, обобщается опыт общественных наук.
  По этим параметрам философское знание об обществе отличается от собственно научного знания. Так, в основе научного изучения общества (как и всякого научного изучения) лежит целый ряд особых познавательных приемов. Среди них: прием мысленного упрощения, прием мысленного «вырезания» определенной части реальности, т.е. искусственного изолирования ее от остальных, прием конструирования идеальной модели познаваемого объекта.
  Ни одна общественная наука не может обойтись без этих приемов, лежащих в основе разнообразных научных методов.
  Особенно характерен для большинства общественных наук прием искусственного изолирования отдельного фрагмента реальности. Этот прием играет важную роль в научном познании, так как позволяет исследователю сосредоточиться на предмете изучения, мысленно изолировав его от других. Однако он имеет и свои недостатки, поскольку чреват отрывочностью и фрагментарностью созданного на его основе знания. Красноречиво описал возникающую в этой связи типичную ситуацию научного познания русский философ И. Ильин: «Исследователь вынужден интенционально (т.е. силою своего сосредоточенного разумения) «вырезать» свой, подлежащий исследованию, опытный «участок», свое изучаемое и познаваемое содержание; ему приходится... довольствоваться одним «отрывком» или одною «нитью» и сосредоточиваться на таком урезанном и оскудевшем содержании. Согласно этому историк, например, выделяет из всеединого и величавого мирового процесса одну ограниченную эпоху или единичный «облик» этой эпохи (фигуру императора Карла Пятого или жизнь Леонардо да Винчи, или эпоху Возрождения, или русскую Смуту); юрист изучает кодекс Юстиниана или французскую конституцию 1791 года; энтомолог пишет трактат о цейлонской белой бабочке... или об одной из групп прыгающих прямокрылых...; физиолог - о функциях тригеминального нерва; экономист - о строении и формах английского кооперативного движения в девятнадцатом веке... и т.д.». Дробление реальности в целях научного изучения может быть более или менее детальным, но оно неизбежно в научном познании. Наука не может не быть знанием специализированным. Специализация науки отражает в первую очередь ее связь с практикой - деятельностью людей в различных сферах, которая также невозможна без специализации.
  В отличие от этого социальная философия стремится обозреть общество «с высоты птичьего полета». Философское знание об обществе - это знание наиболее общего порядка. Очевидно, что чем более общим является знание, тем менее оно применимо на практике. В чем же смысл существования такого знания? С одной стороны, оно может быть оправдано стремлением получить представление не только о частностях, но и об обществе в целом. Задача вписать «отрывок» в контекст целого всегда актуальна. С другой - только представление об обществе как о целостности позволяет уяснить общую основу всех общественных явлений - иначе говоря, определить фундаментальные условия существования общественной жизни и сохранения ее как единого целого. На основе обобщения всех частных исследований социальная философия пытается сконструировать целостную идеальную (мысленную) модель общества, раскрыть взаимодействие всех его составляющих, обнаружить (в пределах возможного) закономерности, которые проявляются в функционировании общества и в истории его развития.
  Например, реальная возможность распада доказана событиями XX в., она невозможна в условиях спокойного существования, однако встает во всей беспощадной силе в периоды кризисов и неурядиц. Некогда целостные общественные единицы - государства, коллективы и разнообразные содружества - подвергаются распаду, на место прежней упорядоченности приходит хаотичное взаимодействие враждебных группировок и кланов. При этом индивид остается в трагическом одиночестве, беззащитным перед лицом разбушевавшейся общественной стихии. Ситуация беспомощности перед неуправляемыми силами общественного хаоса и агрессии характерна для гражданских войн, конфликтов в регионах, которые принято называть «горячими точками». Не следует самонадеянно полагать, что все другие регионы, где сегодня господствуют относительный мир и спокойствие, волшебным образом застрахованы от опасностей хаоса и дезинтеграции. Во всяком случае, чтобы надеяться на безопасность, необходимо о ней позаботиться. С философской точки зрения важно решить общий вопрос относительно необходимых условий обеспечения безопасности. Иначе говоря, решить вопрос об условиях сохранения целостности и упорядоченности общественной жизни. И здесь отдельные социальные науки бессильны: в большинстве случаев целостность общества и его основных институтов принимается ими как факт исходный.
  В связи с выяснением специфики социальной философии возникает еще один вопрос о внутренней дифференциации философского знания. Например, И. Кант в предисловии к «Основоположению к метафизике нравственности» вслед за античной традицией, а именно, - Зеноном и Эпикуром, полагал, что структура философии принципиально троична. В нее входит логика, физика и этика. Логика формулирует законы правильного мышления, она представляет собой его канон. Приложение разума к области необходимости и познание законов природы дают физику. Приложение разума к области свободы дает этику. Физика и этика являются философскими науками в своей рациональной части, поэтому, по Канту, их следует называть метафизикой природы и метафизикой нравственности. С такой точки зрения социальная философия является модификацией метафизики нравственности, поскольку она есть приложение разума к области свободы.
  Большинство же философских наук появляется под воздействием новоевропейской ментальности, которая хотя и признает возможность системы наук, но полагает эту систему развивающейся. Имея в этом многоликом меняющемся мире один предмет - всеобщее. Так, например, эпистемология, постигает всеобщее через исследование процесса познания, поиска истины и осмысления заблуждения. Этика выявляет предельные основания бытия через исследование категорий добра и зла, - эстетика - через осмысление категорий прекрасного и безобразного, и т.д. В каждом правильно понятом моменте, т.е. в каждой отдельной философской науке содержится целое - вся философия. С этой точки зрения для такой новоевропейской философской дисциплины как социальная философия необходимая связь имманентного и трансцендентного осуществляется через социум.
  Социальная философия постигает всеобщее через изучение социума. Устремленность социальной философии как философской дисциплины связана с общим философским порывом вверх, к постижению предельных оснований. Сквозь полупрозрачную сферу социума, через такой своеобразный «магический кристалл», нам становится видным трансцендентное, незаметное простому взгляду.
  Философский смысл общества обнаруживается в том, что оно открывает индивиду всеобщее; иными словами, через общество человек, собственно, и становится человеком, через общество он также понимает это.
  Формирование социальной философии как отдельной отрасли знания относится к середине XIX века. В это время ученые отказываются от «спекулятивного», основанного только на размышлении, рассудочного познания мира в пользу опытного, рационального знания. Они выделяют активную роль человека, который овладевает тайнами мироздания не с помощью метафизических, оторванных от реальной жизни умопостроений, а за счет точных научных методов.
  Прошедшие с тех пор полтора века не внесли ясности в проблему сущности как философии в целом, так и социальной философии, в частности. И по сей день в литературе нет единства в определении социальной философии и ее предмета. Более того, в научном мире отсутствует даже единое понимании одной из основных категорий - «социальное», - хотя объектом социальной философии являются социальная жизнь и социальные процессы.
  В литературе термин «социальный» употребляется в разных смыслах. Как показывает анализ существующей литературы по теме, наиболее часто используется определение, данное П.А. Сорокиным. «Социальное явление есть мир понятий, мир логического (научного - в строгом смысле этого слова) бытия, получающийся в процессе взаимодействия (коллективный опыт) человеческих индивидов» , - писал он.
  Каждая новоевропейская философская дисциплина обязательно коррелирует со своей, соответствующей ей в новоевропейской науке положительной дисциплиной. И для социальной философии может быть указана такая частная положительная научная дисциплина. Это - социология. В самой абстрактной форме различие социальной философии и социологии предстает как различие рассудка и разума, как различие метафизики и опытной науки. Социальная философия, которая берет на себя ответственность «разума», а потому рефлектирует развитие социологии. Социальную философию занимает то, «что и насколько может быть познано рассудком и разумом независимо от всякого опыта».
  Отношения социальной философии и социологии предстают также как старая проблема рационализма и эмпиризма. Первая несет рациональное начало, а вторая - по преимуществу эмпирическое. Конечно, между социологией и социальной философией всегда присутствует момент соревнования или конкуренции, как вообще между всей новоевропейской философией и всей новоевропейской положительной наукой. Этот стереотип противопоставления социальной философии и социологии представляется поверхностным. Смысл социальной философии для социологии в том, что, говоря словами Б. Кроче, «произвол абстракций со стороны интеллекта, преодоленный в сфере разума, необходимо пролагает путь наукам с их законами, классами и математическими формулировками». Главное - это взаимная поддержка социальной философии и социологии, «разделение труда» между ними. Только после возникновения социологии и возможно выявление собственного содержания социальной философии.
  Каковы типичные установки в отношениях между социальной философией и социологией? Позитивистская парадигма предполагает, что социальная философия, подобно королю Лиру , не имеет перспектив. Она должна быть постепенно заменена теоретической социологией. Например, в немецком словаре читаем: «Социальная философия: понятие, характеризующее раннюю социологию, в особенности со спекуляциями о человеческом прогрессе и о предполагаемой последовательности ступеней по направлению к идеальному состоянию». Социальная философия имела право на существование до тех пор, пока не возникла социология. Современная социальная философия на самом деле всего лишь раздел социологии.
  С другой, - «гуманитарной», - точки зрения именно социальной философии как умозрительной дисциплины в современном сциентизированном мире нам и не хватает. Наиболее полно эта идея выражена в следующей выдержке Э. Гуссерля: «Нам не хватает науки, которая попыталась бы исполнить для идеи человека (и таким образом и для a priori неразделимой пары понятий: отдельного человека и общества) то, что пыталась сделать чистая математика в природном мире для идеи природы, и что она в основном исполнила. Так же как последняя идея - природа вообще как всеобщая форма - охватывает universitas естественных наук, так идея духовных существ - и особенно разумных существ, людей - universitas всех наук о духе и особенно всех наук о человеке. Между тем, с одной стороны, математика природы в ее априорном учении о времени, пространстве, движении, движущих силах разворачивает априорную необходимость, заключенную в этих сущностных компонентах природы вообще («natura formaliter spectata») она делает возможным эмпирические науки с их рациональным, а именно математическим, методом в применении к фактичности данной природы. Она, таким образом, благодаря своим априорным принципам осуществляет рационализацию эмпирического.
  С другой стороны, у нас сейчас имеются богатые и плодотворные науки, относящиеся к духовному и человеческому царству, но это полностью и «чисто» эмпирические науки. Необычайное изобилие временных, морфологических, индуктивных или упорядоченных с практической точки зрения фактов, имеющихся в них, остается вне связи, осуществляемой рациональностью, которая основывается на принципах. При этом мы лишены даже параллельной априорной науки, так сказать matesis’a духовного и человеческого; отсутствует научно развитая система чисто рациональной истины, коренящейся в «сущности» человека, такой истины, которая внедрила бы в качестве чистого логоса в эмпирию наук о духе метод теоретической рациональности и сделала бы возможной рациональное прояснение эмпирической фактичности в таком же смысле, как чистая математика природы делает эмпирическую естественную науку доступной для математической теории и таким образом рационально ее проясняет». С такой точки зрения как раз социология (в том числе и особенно - теоретическая) и не имеет сущностного права на существование, она по сути есть либо «грехопадение» социальной философии, либо ее эмпирическое дополнение и развертывание.
  Итак, в нынешних условиях граница между теоретической социологией и социальной философией прозрачна. Однако есть две черты, которые радикальным образом отделяют социальную философию от социологии. Это, во-первых, органическая нормативность социальной философии и, во- вторых, антитетичность социальной философии.
  1. Нормативность.
  Мы уже говорили, что существует социальная стихия и рефлексия социального. Социальная стихия являет собой совокупную структуру и изменения социума, которые наблюдателю (исследователю, мыслителю) предстают как независимые от него. Социальная стихия включает в себя и те мотивы, стимулы, ценности и нормы, которые владеют людьми, вызывают их к действию. Социальная рефлексия, во-первых, описывает социум, его структуру и изменения. Во-вторых, она проясняет саму эту социальную стихию, т.е. те ценности, нормы, потребности, которые побуждают общество к развитию. Очевидно, что социальная рефлексия влияет на социальные стихии: только осмысляя действительность, люди тем самым, так или иначе, изменяют ее. Ключевым понятием здесь оказываются нормы, ориентиры, которые направляют деятельность. Например, Аристотель, как известно, разделял направленность «рассуждения», которое было для него эквивалентным философствованию, на три части: «Всякое рассуждение направлено либо на деятельность, либо на творчество, либо на умозрение» . Конечно, социальная философия направлена на умозрение, поскольку она носит эвристический, методологический характер и поскольку она предлагает специфические социоморфные модели для умозрения. В этом отношении социальная философия предстает как теоретическая философия. Социальная философия направлена также и на креативное конструирование, особенно в своей позитивной части, раскрывшейся исторически прежде всего, как создание утопий (и антиутопий).
  Однако, прежде всего социальная философия направлена на деятельность и в этом смысле и постольку она есть одна из отраслей практической философии, наряду с этикой, логикой. Социальная философия, таким образом, это также и нормативная дисциплина, которая исследует, проясняет, вербализует, устанавливает и вообще культивирует нормы, ценности, не имеющие, по сути, отношения к наличной реальности . Существенное отличие социальной философии от социологии, даже чисто теоретической, состоит в том, что социальная философия по сути своей содержит неотъемлемый нормативный момент, подобно тому как нормативный момент содержат этика, эстетика или логика. Социальная философия в той мере, в какой она есть практическая философия, в той мере, в какой она вышла из моральной философии, занимается не только тем, что есть, но и тем, что должно быть. Так или иначе, в той или другой системе, но она всегда сопоставляет норму (идеал) и реальность, причем, если можно так выразиться,  - «симпатии» ее всегда на стороне нормы. Общество рассматривается как завершенная в себе, нормативная, абсолютная, логически непротиворечивая, справедливая, непреложная структура. Напротив, социология выстраивает свой идеал как положительную науку свободную от ценностей. Этой свободе от ценностей уделял особое внимание один из создателей социологии М. Вебер.
  Нормативный момент в социальной философии именно как в философии не только утверждается, но еще и рефлексируется. То, что наличествует, - то, что есть, может быть понято и осмыслено только через призму того, что должно быть, и наоборот, то, что должно быть сопоставляется с тем, что есть.
  Социальная философия пытается не только провозгласить норму, но и понять ее, для чего собственно необходима рефлексия. Э. Гуссерль говорит, что «в случае с науками о духе речь идет не просто о рациональном «прояснении», как в случае с природой. Здесь еще проявляется .. .своеобразный тип рационализации эмпирического: нормативное суждение в соответствии с общими нормами, которые относятся к априорному существу «разумной» человечности, а так же и тип самой фактической практики в соответствии с такими нормами, к которым принадлежат разумные нормы самого руководства практикой».
  Каждое суждение о сущем имеет в социальной философии в качестве эквивалента суждение о должном. Налицо важная и исследуемая социальной философией связь между тем, как реально устроен мир, и тем, как он должен быть устроен. Скажем, нам известно логическое понятие суждения, обозначающее связь понятий. Но суждение (judging) происходит от слова «суд» и имеет не только логический, но и оценочный смысл. Все понятия, суждения и умозаключения социальной философии мерцают на грани этих двух смыслов, чисто логического, описывающего сущее, и нормативного, - выражающего должное. Можно противопоставлять должное и сущее, можно подчеркивать их единство, но так или иначе момент отрефлексированного должного присутствует в социальной философии.
  Социальная философия предстает в этом аспекте, в частности, как философия права и философия нравов (пограничная с этикой, но не тождественная ей). Что касается философии права, то здесь особенно существенна неокантианская традиция, развивающая правовое учение Канта.
  Нормативный момент в социальной философии сближает ее с идеологией. Социальная философия, так или иначе, опосредствованно или непосредственно выступает как рефлексия и обоснование идеологии. В этом отношении социальная философия естественным образом включает в себя учение об идеале, и учение об утопии.
  Нормативный момент в социальной философии сближает ее с риторикой. Это весьма существенно, потому, что в таком сближении просматривается тенденция и возможность социально-философского рассмотрения отдельного человека или общности людей, взятых как средства. Общество оказывается в таком случае самоцелью, а индивид или та или иная общность внутри общества - всего лишь средством. Отсюда один шаг к тезису о том, что цели оправдывают средства. Так формируется отчужденная социальная философия, нацеленная на манипуляцию как отдельной личностью, так и обществом в целом в интересах властителей.
  Итак, в социальной философии имеется как «истинностный», так и неотъемлемый нормативный момент. Эти два момента обнаруживают тенденцию к институциональному обособлению в самых различных формах.
  2. Антитетичность.
  Второй момент, определенно отличающий социальную философию от социологии связан с антитетичностью социальной философии.
  Социальная философия предполагает формулировку и развитие не только тезиса, но и антитезиса, причем антитезис не менее значителен, чем тезис. Поэтому социальная философия способна ставить предельные вопросы, но не может их окончательно решить. Этим она радикальным образом отличается от положительной науки социологии. Так, например, в 1988 г. в Нью-Йорке вышли две книги по социальной философии. Во-первых, переиздание книги С.Л. Франка «Духовные основы общества. Введение в социальную философию» на русском языке и, во-вторых, на английском языке книга Г. Грехема «Современная социальная философия». Л. Франк ставит проблему социальной философии как религиозно-философскую проблему в соотношении с предельными основаниями человеческого бытия. Г. Грехем видит значимость социальной философии в том, что она привлекает внимание общества к таким социальным проблемам как эвтаназия, разрешение или запрещение абортов, рациональная организация социальной помощи малоимущим и т.д.
  Итак, предмет социальной философии носит двоякий характер: 1) Сам социум изучается с точки зрения его смысла, т.е. социум включается в контекст мирового целого как некоторая органическая его часть; 2) Осмысляется само социоморфное видение всеобщего как один из фундаментальных типов видения мира в целом. Можно сказать, с этой точки зрения, что, во-первых, к постижению самого социума применяются общефилософские методологические процедуры, и, во-вторых, что социальное - это даже не предмет, а один из фундаментальных методов постижения смысла всеобщего, с помощью которого оно раскрывается.

 
© www.textb.net